Когда будущему историку, интересующемуся состоянием элитарных умов в счастливые нулевые, попадется на глаза этот опрос, опубликованный в журнале «Коммерсантъ-Власть», он испытает сильные чувства. Типа катарсиса. «Вот что у них с мозгами-то происходило», – догадается историк, роясь в пожелтевших от времени страницах Интернета. И пытаясь постичь, отчего резолюция Парламентской ассамблеи ОБСЕ, приравнивающая сталинизм к нацизму, вызвала такую бурную реакцию на российском олимпе. Постановление нижней палаты Федерального собрания. Постановление верхней палаты. Письмо МИД РФ к депутатам с указаниями, как им вести борьбу с историческими фальсификациями ОБСЕ и добиваться новой резолюции. Ну и на сладкое – вот этот опрос в одном из лучших отечественных журналов. Начальство в неофициальной обстановке телефонного интервью от души высказывается на заданную тему. Мнение нормальных людей, участвовавших в опросе, будущего историка не заинтересует. Например, точка зрения политзэка брежневских времен, писателя Игоря Губермана, заметившего, что сталинизм – страшнее, поскольку убивал своих. Или зэка сталинских времен, философа Григория Померанца, сказавшего, что сталинизм лицемернее. Всё это правильно. Бесспорно. Общеизвестно. Однако никто из них не входил во власть и не влиял на политическое будущее РФ, в отличие от элитарного сообщества. Понять время и страну можно было только с помощью этой группы, как бы сказать, респондентов. «Нацизм с его безумной расовой доктриной и практикой концлагерей, – прочитает он слова губернатора Александра Ткачева, – ни с чем не сравнимое зло». То есть ни с безумной классовой доктриной, ни уж тем более с практикой ГУЛАГа. Абсолютно несравнимые концлагеря. Такой, значит, виделась история ХХ века лучшим, талантливейшим представителям губернаторского корпуса...