Жертва двух диктатур

Как зернышко между жерновов двух тоталитарных режимов, размолота жизнь выдающегося немецкого математика

Иногда не только результаты, но сама жизнь ученого представляет собой ценный экспонат для музея истории науки. Такова трагическая судьба Фрица Нётера, представителя славной династии математиков.

Династия

Математическая традиция в этой семье началась с Макса Нётера, чья научная судьба тесно связана с Феликсом Клейном, ставшим родоначальником новой школы немецких математиков.
Выдающимся научным талантом обладала дочь Макса – Эмма. Будь она мужчиной, ее, без всяких сомнений, приглашали бы на профессорские должности лучшие университеты страны. Ей же приходилось довольствоваться статусом приват-доцента, да и то соответствующую должность экстраординарного профессора Гёттингенского университета она получила, когда ей исполнилось уже 40 лет. К этому времени она уже по праву считалась среди специалистов основоположником современной алгебры, ей удалось заложить краеугольные камни в фундаменты нескольких важнейших научных направлений.
Но никакой талант и никакие заслуги не защищали от безжалостной машины подавления, запущенной Гитлером в первые месяцы после установления диктатуры. Эмма Нётер оказалась в числе первых шести преподавателей из Гёттингена, которым Прусское министерство запретило читать лекции и которых отправило в бессрочный отпуск на основании печально знаменитого Закона о чиновничестве от 7 апреля 1933 г. Именно в этом законе впервые появился так называемый «арийский параграф», требовавший от чиновников «чистоты крови». На основании этого закона и началась первая массовая чистка профессорско-преподавательского состава Германии.
Вынужденная эмигрировать в США, Эмма рано умерла там после неудачно сделанной операции. Альберт Эйнштейн написал в тот день издателю «Нью-Йорк Таймс»: «По мнению самых компетентных из ныне здравствующих математиков, госпожа Нётер была самым значительным творческим математическим гением (женского пола) из родившихся до сих пор».
Математические результаты брата Эммы – Фрица – были менее впечатляющи, но его уникальный жизненный путь и трагическая судьба настолько ярко характеризуют эпоху, что, безусловно, заслуживают внимания читателя.

Крушение карьеры

Брат Эммы, Фриц Нётер, был на два года моложе своей великой сестры – он родился 7 октября 1884 г. в Эрлангене третьим ребенком в семье профессора Макса Нётера и его жены Иды. Всего же в семье Макса и Иды было четверо детей. Учебу в университете Фриц начал в Эрлангене, а закончил в Мюнхене, где в 1909 г. стал доктором наук. Вторую докторскую диссертацию, давшую ему право читать лекции в университетах, он защитил через два года в Техническом университете Карлсруэ. Правда, выйти на лекторскую кафедру Фрицу удалось лишь через долгих семь лет  – в его научную и преподавательскую карьеру вмешалась Первая мировая война. В апреле 1917 г. молодой доктор философии был ранен и награжден Железным крестом за храбрость. Только в 1918 г. Фриц Нётер стал экстраординарным профессором кафедры математики и теоретической механики того же Технического университета, в котором защищал вторую докторскую диссертацию.
В отличие от отца и сестры, всю жизнь занимавшихся «чистой» математикой, Фриц проработал почти два года на заводе Сименса – Шукерта в Берлине. Там он занимался прикладными задачами математической физики.
Наконец, в 1922 г. 38-летний Фриц Нётер достиг вершины своей научно-преподавательской карьеры в Германии  – он получил заветное звание ординарного профессора. Казалось, что будущее его безоблачно и надежно. Но всё радикально изменилось с приходом гитлеровцев к власти. Как участник мировой войны, Фриц не мог быть сразу уволен по Закону о чиновничестве от 7 апреля 1933 г. Однако еврей Нётер, открыто придерживавшийся к тому же антигитлеровских политических взглядов, не мог долго оставаться на профессорской должности. Нацисты всегда находили способ, как обойти закон, чтобы добиться своей цели.

Томский профессор

Меньше чем через три недели после вступления Закона о чиновничестве в силу, 26 апреля 1933 г., руководитель национал-социалистического студенческого общества Технического университета Бреслау направил ректору требование немедленно уволить трех профессоров, среди них Фрица Нётера, а также двух приват-доцентов. Свою настойчивость студенческий фюрер обосновывал тем, что «их присутствие на факультете в сильной степени противоречит арийскому принципу» и что никто не поручится за их «дальнейшую работу в русле национал-социалистического движения».
Единственное, чего удалось добиться Нётеру, было увольнение не по зловещему четвертому параграфу Закона о чиновничестве, означавшему политическую неблагонадежность жертвы, что привело бы к большим материальным потерям, а по другому, относительно нейтральному параграфу.
В результате Фриц Нётер получал положенную бывшему государственному служащему пенсию. Правда, получал он ее недолго: в том же году Фриц уехал в Советский Союз, и выплаты германской пенсии были прекращены. Решение уехать в СССР далось Фрицу нелегко, тем более что жена была против, но в конце концов он принял предложение стать профессором Томского университета имени Куйбышева.
Предложение поработать в Советском Союзе, в старинном университетском городе Томске, было привлекательным. Особенно если учесть, что страны Европы и США уже неохотно принимали беженцев из гитлеровской Германии и сделать там профессиональную карьеру удавалось лишь единицам.
Поначалу Фриц Нётер чувствовал себя в СССР относительно свободно, и его дела в университете развивались успешно. Вскоре...

Полную статью читайте в печатном выпуске газеты.
Подписка: http://www.evreyskaya.de/subscribe/

Евгений БЕРКОВИЧ