ОКТЯБРЬ. Даты, события, люди

7 октября

1927 – в Каунасе в традиционной еврейской семье родилась Нехама Лифшицайте (Лиф­шиц), будущая певица, обладательница замечательного лирико-коло­ратурного сопрано. Она окончила ивритскую школу, которой руководил ее отец Иегуда Цви, ставший впоследствии врачом. В годы Второй мировой войны семья жила в Узбекистане, затем вернулась в Каунас. После войны Нехама окончила Вильнюсскую консерваторию и с 1956 г. одной из первых в Советском Союзе, после гонений 1949–1952 гг. на еврейскую культуру, стала выступать с концертами еврейской песни. Ее репертуар включал произведения народного творчества и таких авторов, как Б. Бродер, М. Варшавский, А. Гольдфаден, М. Гебиртиг, М. Гнесин, А. Крейн, М. Вайнберг, Л. Пульвер. Для нее писали песни Л. Ямпольский, Ривка Боярская, В. Шаинский и другие композиторы.
Концерты певицы создавали своего рода панораму еврейской жизни от старых времен до современности. Преодолевая препоны репертуарных и концертных учреждений, она сумела превратить свои турне по городам Советского Союза в средство пропаганды еврейской культуры и пробуждения национального самосознания. Несмотря на недоброжелательное отношение официальных организаций, Лифшицайте в 1958 г. была удостоена за артистизм и вокальное мастерство премии первой степени на Всесоюзном конкурсе мастеров советской эстрады и получила разрешение на зарубежные гастроли. Две грампластинки (1960–1961) с ее записями многократно тиражировались.
В 1969 г. Лифшицайте репатриировалась с семьей в Израиль, где в том же году были выпущены две пластинки с записями ее выступлений в различных городах, на радио и телевидении. Большим успехом пользовались в 1969–1972 гг. ее гастрольные концерты в Бельгии, Англии, Канаде, США, Бразилии, Мексике, Австралии. С 1976 г. Нехама, не прекращая концертной деятельности, заведовала историческим архивом музыкальной библиотеки при Тель-Авивском муниципалитете по окончании библиотечных курсов при Университете Бар-Илан. В последние годы певица создала мастер-класс идишской песни. Ее любители стремятся попасть на концерты участников этого мастер-класса, число которых растет из года в год.

13 октября

1937 – в Москве в семье адвоката родился будущий киноартист, популярный советский комик Савелий Крамаров. Год спустя по­сле рождения сына отца Савелия репрессировали, а мать умерла, когда мальчику было 16 лет. После школы Крамаров безуспешно пытается поступить в театральный институт, пришлось идти в лесотехнический вуз, окончив который он некоторое время работает по специальности. Решив бросить работу, будущий артист рассылает свои фото по всем киностудиям страны, и на одно письмо приходит ответ. С этого начинается актерская карьера Крамарова. Но настоящий успех пришел к нему после «Неуловимых мстителей», фраза его героя: «А вдоль дороги мертвые с косами стоять… И – тишина!» – стала крылатой.
В 1967 г. его пригласили на работу в Театр миниатюр. Он много снимался в кино и к началу 1970-х гг. стал одним из самых популярных комедийных актеров. В 1971 г. Савелий снимается в самой известной своей роли – Косого в фильме «Джентльмены удачи». В 1972 г. он поступает в ГИТИС на актерский факультет. Но, закончив институт, Крамаров так и не устроился ни в один из советских театров.
Крамаров – яркий самобытный комик конца 1960-х – начала 1970-х гг. Выигрышная внешность, мощный комедийный темперамент, большое врожденное актерское мастерство, обаяние, мимика и подвижность тела позволяли ему создавать отрицательных персонажей, но не страшных или отвратительных, а смешных в своей нелепости и глупости. Богатая мимика актера отнюдь не выглядела кривлянием, а гротескная манера исполнения не раздражала зрителей, так как герои Крамарова были обезоруживающе обаятельны и при всех своих недостатках, в сущности, безобидны. Любой, даже вполне нейтральный с точки зрения юмора текст, Крамаров умел произнести и обыграть так, что это вызывало не просто хохот в зале, а бурные аплодисменты и выкрики зрителей при просмотре кинофильма. Причем Крамаров воплощал своих персонажей моментально, импровизируя, без особых усилий режиссера, и всякий раз попадал в самую точку. Аналогичных Крамарову в СССР артистов не было, тем более что свою огромную популярность он приобрел, не имея за плечами высшего актерского образования! Участие Крамарова в фильме гарантировало всесоюзный успех и зрительское признание. По мнению многих кинокритиков, смешной, нелепый и симпатичный Волк из мультипликационного сериала «Ну, погоди!» был создан на основе собирательного сценического образа Савелия Крамарова. Можно также провести некоторые параллели между Крамаровым и знаменитым французским комиком Фернанделем.
В конце 70-х гг. жизненная ситуация знаменитого комика меняется. Круг общения и дядя, эмигрировавший в Израиль, сделали его человеком с сомнительными для власти связями. Кроме того, он стал религиозным человеком, посещал синагогу и отказывался от съемок в субботу. Его стали снимать всё реже. В конце концов он подает документы на выезд в Израиль, но ему отказывают. Это объяснялось тем, что после его отъезда Госкино пришлось бы снять с проката 34 фильма с его участием. В 1981 г. вместе с актером Александром Левенбуком он написал «Письмо президенту США Рейгану», которое несколько раз прочитали в эфире радиостанции «Голос Америки».
31 октября 1981 г. Савелий Крамаров покинул СССР. В Вене его встретил импресарио Виктор Шульман, который организовал его гастроли в Европе, Америке, Австралии, Израиле, Японии. В Лос-Анджелесе актер стал сниматься сначала в рекламе, затем и в кино. В 1986 г. он женился, жена Марина родила дочку.
В Россию Савелий Крамаров смог приехать только в 1992 г. как почетный гость кинофестиваля «Кинотавр». Второй раз в Россию он приезжал за год до смерти, в 1994 г. В марте 1995 г. ему должны были сделать операцию по удалению раковой опухоли. Операция была несложной, однако произошло осложнение – эндокардит. Последовал тромбоз, затем два инсульта, слепота, потеря речи. Он умер 6 июня 1995 г. и похоронен в окрестностях Сан-Франциско.

15 октября

1897 – в Одессе в семье бухгалтера родился будущий пи­са­тель-са­ти­рик Илья Ильф (на­­стоящее имя – Илья Арнольдович Файн­зиль­берг). Око­нчив Одесское еврейское ремесленное училище, он сменил ряд профессий, а с 1918 г. обратился к литературному творчеству. В 1920–1923 гг. был сотрудником Югроста, газеты «Моряк», редактором юмористического журнала «Синдетикон». В 1923–1925 гг. работал литературным правщиком в московской газете «Гудок», печатал очерки, фельетоны, кинорецензии в столичных газетах и журналах. Лексика, юмор и строй ранних произведений Ильфа позволяют говорить о его близости М. Булгакову и так называемой юго-западной литературной школе, к которой можно отнести В. Катаева, Ю. Олешу, И. Бабеля, Э. Багрицкого, Л. Славина, С. Гехта. С 1926 г. Ильф писал в соавторстве с Е. Петровым (настоящая фамилия Катаев). Гротескным зарисовкам быта периода нэпа в их первом романе «Двенадцать стульев» (1928; навеян отчасти неизданной повестью Л. Лунца), построенном как цепь сатирических новелл со сквозным авантюрным сюжетом, особый колорит придают подспудно еврейские по интонации «одессизмы», которыми насыщена речь персонажей. Роман сразу заслужил широкое признание читателей, однако, несмотря на его публичное одобрение Н. Бухариным (конец 1928 г.), с 1929 г. он подвергся уничтожающей проработке в официальной критике как «серенькая посредственность» с отпечатком «богемно-нигилистического отношения к действительности». Сатирическое изображение обывателей, бытового оппортунизма и приспособленчества, бюрократической тупости, демагогии и ханжества, процветавших в советской действительности, а также художественной и литературной среде становятся центральными темами творчества Ильфа и Петрова (повесть «Светлая личность», 1928; цикл сатирических новелл «1001 день, или Новая Шахерезада», 1929, под псевдонимом Ф. Толстоевский; оригинальные по форме новеллы-фельетоны в журналах «Чудак», «Крокодил», «Огонек», в «Литературной газете» и «Правде»).
В романе «Золотой теленок» (1931), развивающем историю героя предыдущего романа – «великого комбинатора» Остапа Бендера, имя которого стало нарицательным для типа неунывающего пройдохи, – советский быт первой пятилетки с его космической патетикой и элементарной неустроенностью, растратами, коррупцией и чистками в советских учреждениях предстает в точных и емких сценах и образах. В романе представлены еврейские персонажи и мотивы. Так, вставная новелла о зарубленном петлюровцами Вечном жиде должна, по мысли авторов, показать, что со старым еврейством покончено. В то же время образ Вечного жида является своеобразным отражением судьбы героя романа (жил в Рио-де-Жанейро, «пил прохладительные напитки… и разгуливал в белых штанах», нелегально перешел румынскую границу, имея при себе контрабанду). Вопреки очевидным фактам (кампания в Советском Союзе против антисемитизма в конце 1920-х – начале 1930-х гг.), соавторы декларируют, что, хотя в Советском Союзе есть евреи, еврейского вопроса там не существует (спор с американским корреспондентом-сионистом Хирамом Бурманом), и сводят его лишь к бытовому антисемитизму, носителями которого являются «бывшие люди» вроде бывшего камергера двора («Десять лет жизни нет. Всё Айсберги, Вайсберги, Айзенберги, всякие там Рабиновичи…»). Задуманный соавторами третий роман («Подлец») написан не был.
В 1933 г. вместе с большой группой советских писателей Ильф и Петров ездили на Беломорканал, но отказались участвовать в литературной странице, воспевавшей методы «перековки» заключенных на этой «стройке пятилетки». В 1935–1936 гг. они совершили поездку по США, описанную в книге очерков «Одноэтажная Америка» (1936), резко порицавшейся впоследствии советской критикой. Последним совместным их произведением был рассказ «Тоня» (1937). В 1939 г. были посмертно изданы заметки, миниатюры и афоризмы Ильфа («Записные книжки. 1925–1937»), тщательно отобранные редактором с оглядкой на цензуру. Эта книга воспринимается как цельное произведение особого жанра, сочетающее грустную, порой едкую иронию с теплым юмором и лиризмом. В ней, как и в ранних произведениях Ильфа, содержатся многочисленные наблюдения и образы, вошедшие в написанные совместно с Петровым романы. В 1949 г., в период борьбы с «космополитами», Ильф и Петров подвергались критике за поэтизацию «одесского люмпена, проходимца и тунеядца» и культивирование одесского жаргона, «уродующего русский язык», а их романы, обвиненные в «оглуплении советского человека», были изъяты из официально канонизированного корпуса произведений советской литературы (запрет на их издание был отменен лишь в 1956 г.).
Дилогия об Остапе Бендере пользовалась огромной популярностью в кругах русскоязычной молодежи Советского Союза в 1940–1960-х гг. Ее афоризмы, лексика и идиоматика стали органической частью обиходной речи учащихся старших классов и высших учебных заведений. Романы Ильфа и Петрова переведены более чем на 40 языков, а также экранизированы многими кино- и телестудиями мира.

24 октября

1882 – в венгерском городе Шио­фоке в семье еврея-тор­говца Карла Копп­штейна родился сын Имре (Эммерих) – в будущем композитор, автор популярных оперетт «Сильва», «Бая­дера», «Прин­цесса цирка», «Фиалка Мон­мартра» и др. Еще в школе Имре сменил фамилию на Кальман. Он учился на пианиста, однако из-за артрита переключился на композицию. Закончил в Будапеште музыкальную академию и с 1904 г. работал музыкальным критиком в будапештской газете, уделяя при этом много времени композиции.
Романсы и симфонические произведения Кальмана большого успеха не имели, зато Большую премию Будапешта получил его цикл песен. По совету своего друга, композитора Виктора Якоби (автора оперетты «Ярмарка невест»), Кальман решил попробовать силы в оперетте. Уже первая его работа была восторженно встречена публикой и поставлена в Вене, Нью-Йорке и Лондоне под названием «Осенние маневры». В 1908 г. композитор переезжает в Вену, где закрепляет успех опереттой «Цыган-премьер» (1912). В военный 1915 г. появилась самая популярная оперетта Кальмана – «Королева чардаша (Сильва)». Ее ставили даже на другой стороне фронта, в том числе и в России, изменив фамилии персонажей и место действия.
1921 г. – новый шедевр Кальмана – «Баядера». Кроме традиционных для него вальсов и чардашей композитор решил освоить новые ритмы – фокстрот и шимми.
В 1930 г. Кальман женится на русской эмигрантке из Перми, актрисе Вере Макинской, которой посвящает «Фиалку Монмартра». У них родились сын и две дочери.
После аншлюса Австрии, отказавшись от предложения стать «почетным арийцем», Кальман эмигрировал – сначала в Париж, затем в США. Его оперетты были запрещены в нацистской Германии. После разгрома нацизма зимой 1948/1949 г. Кальман возвратился в Вену. Но вскоре после инсульта был частично парализован. Затем самочувствие несколько улучшилось, и в 1951 г. композитор снова переехал в Париж, где и умер. Похоронен он, согласно завещанию, в Вене, на Центральном кладбище. В Национальной библиотеке Австрии открыта мемориальная комната Кальмана.
Его музыка не имеет равных в оперетте по своей праздничности, «нарядности», отточенности мелодики и оркестровки. Она неизменно пронизана венгерскими мотивами, даже если персонаж индиец («Баядера»), русский («Принцесса цирка») или француз («Фиалка Монмартра»), но самая «венгерская» из оперетт Кальмана – «Марица». В его творчестве бравурная буффонада сочетается с прочувствованным лиризмом, сентиментальный пафос – с искрометным весельем. Лучшие арии, ансамбли и оркестровые фрагменты из его оперетт вошли в классический репертуар. Как и другие авторы новой венской оперетты (Ф. Легар, О. Штраус, Л. Фалль), Кальман часто обращался к ритмам и интонациям венгерского и цыганского фольклора.

31 октября

1817 – в польском городке Ксёнж-Вель­ко­польски в семье мясника ро­дил­ся будущий историк, автор первого монументального труда по всеобщей истории евреев, исследователь Библии Генрих (Гирш) Грец. Он готовился к раввинской карьере и в 1831 г. отправился в Вольштын, где до 1836 г. изучал в местной иешиве Талмуд и раввинистическую литературу, самостоятельно занимаясь светскими науками, латынью, французским и греческим языками. В 1837 г. приехал в Ольденбург (Нижняя Саксония) по приглашению известного раввина Ш. Р. Гирша, под чьим руководством продолжал свои занятия до 1840 г. В 1842 г. благодаря своей эрудиции получил особое разрешение поступить без аттестата зрелости в Бреславский университет, где изучал восточные языки и философию.
Постепенно Грец перешел от крайней ортодоксальности к умеренно религиозному либерализму. Не имея – как еврей – возможности получить степень доктора философии в Бреславском университете, он в 1845 г. защитил в Йенском университете диссертацию, которая в 1846 г. была издана под названием «Гностицизм и иудаизм». Сдав экзамены на звание учителя, Грец с 1850 г. преподавал в ортодоксальной религиозной еврейской школе в Лунденбурге (Моравия), а зимой 1852–1953 гг. по приглашению Еврейской общины Берлина читал лекции по еврейской истории для кандидатов на звание раввина. С 1854 г. и до конца жизни он был доцентом Бреславской раввинской семинарии. В 1869 г. получил звание почетного профессора Бреславского университета.
Главным трудом Греца является «История евреев с древнейших веков до настоящего времени» (11 тт., 1853–1975). Хотя целый ряд попыток написать еврейскую историю предпринимали и ранее как христиане (например, Ж. Банаж, 1653–1725), так и евреи (И. М. Йост), труд Греца был первым систематическим изложением истории евреев как летописи духовной жизни народа. Исторический материал был обработан автором в духе традиционного иудаизма.
Свою летопись Грец начинает с завоевания Ханаана Иехошуа бен Нуном. Библейские источники он принимал как исторически достоверные, а при описании исторических событий периода Второго храма использовал труды Иосифа Флавия и критические толкования талмудических и новозаветных текстов.
Вся история еврейского народа после разрушения Храма рассматривается Грецом как поступательный процесс развития идеи иудаизма, в котором доминирует рациональное начало. Поэтому он отрицательно относился к таким мистическим течениям, как каббала и хасидизм, с одной стороны, а с другой – к возникшему в то время реформистскому движению в иудаизме, считая их чужеродными явлениями. Исходя из своей высокой оценки иудаизма и анализируя всё то, что христианская церковь совершила против евреев, Грец пришел к выводу о неспособности христианства как религиозного и этического учения служить основой здорового общества. Он подверг исторической критике литературные источники христианства, что вызвало сильный антагонизм шовинистически настроенной немецкой публики и явное недовольство ассимиляторов-евреев. Прусский националист, близкий к антисемитизму, историк Г. Трейчке обвинил Греца в узком еврейском шовинизме и в создании препятствий на пути к интеграции немецких евреев в культурной жизни Германии.
«История евреев» была огромным научным достижением. Для создания своего труда Грец впервые привлек обширный круг печатных источников на разных языках, в том числе новейшие труды по всеобщей истории. Сочетая метод историко-филологического анализа и научную интуицию, Грец осветил ряд важных событий в жизни еврейского народа. Документы, обнаруженные в Каирской генизе после смерти Греца, подтвердили ряд его предположений относительно событий, имевших место в период гаонов.
Труд Греца – это история еврейской мысли и страданий народа. Политический, социальный и экономический аспекты еврейской истории и даже общинный быт не были им исследованы с тем вниманием, которое было уделено духовной жизни еврейства, поскольку он не обращался к неизданным архивным источникам (респонсы и пинкасы), содержавшим обширный материал по истории общин.
Как историка, Греца отличает иногда наивный рационализм. В последних томах он сконцентрировал внимание на немецком еврействе, более прогрессивном, с его точки зрения, и не уделил надлежащего внимания истории евреев в Польше, России и Турции, что сделало изложение фрагментарным. Грец писал живо и увлекательно, часто отходя от строго научного стиля изложения, хотя и вдавался порой в риторику. Его труд произвел сильное впечатление на общественность его времени и оказал определяющее влияние на дальнейшее развитие еврейской исторической науки.
«История евреев» была переведена (частично еще при жизни автора и под его наблюдением) на иврит и идиш, а также на русский, английский, французский и другие языки. Сокращенный вариант этого труда – «Популярная история евреев» – получил широкое распространение на многих языках.

Страницу подготовил

M. ЗАРАЕВ