Прожить жизнь дважды
Разрушает ли эмиграция личность?
Популярные в конце прошлого века жаркие
дискуссии о том, можно ли чувствовать себя в эмиграции как дома, поутихли,
однако тема эта многие годы не исчезает из читательской почты. Читатели спорят:
где лучше, где хуже, где безопаснее, где спокойнее. Они не унимаются, всё время
что-то друг другу доказывают: с медициной проблемы, на работу не берут, дипломы
не признают, да еще и везде говорят по-немецки! Некоторые авторы писем
советуют: «Не хотите жить в Германии – возвращайтесь обратно, никто не держит».
Высказываются мысли о том, что здесь, в Германии, все люди становятся слабыми и
начинают выдумывать. какими значимыми и уважаемыми людьми они были «там», какие
высокие посты занимали. Многие пишут о том, что эту спасительную ложь они
используют, чтобы поддержать чувство собственного достоинства. В письмах
читателей, да и в интервью с известными людьми всё чаще звучит категорический
вывод: редко кому удается сохранить в эмиграции свое лицо, она разрушает человеческую
личность. С эти можно в какой-то степени согласиться, но в какой-то мере
хочется и возразить.
В сегодняшней Германии немало иммигрантов, которые основательно пересмотрели свою жизнь, начав ее как бы заново, «с чистого листа». Разве можно говорить о «разрушении личности» или о «потере лица» в отношении тех, кто организовал мощную инфраструктуру для русскоговорящих людей, помогая им во многих областях повседневной жизни? «Русские» в Германии заняли достаточно заметный сектор экономики, культуры, медицины и пр. Они создали новые рабочие места и платят значительные налоги государству.
В русскоязычных СМИ постоянно публикуются материалы о том, сколько в Германии работает наших соотечественников, которые независимо от возраста полностью «встали на ноги», «нашли» себя в этой жизни и привнесли много интересного и полезного в жизнь страны. Они преодолели массу препятствий, чтобы добиться успеха и пробиться в иммиграции. Своей настойчивостью и упорством они добились признания их талантов и способностей, а также определенного положения не только в русскоязычной диаспоре, но и в немецком обществе. Они постоянно находятся в поиске новых форм деятельности, стараясь выжить в условиях экономического кризиса и безработицы.
По данным германской прессы, 35% иммигрантов из постсоветского пространства в возрасте от 40 до 60 лет – лица с высшим образованием. Безусловно, немало из них не смогли найти себе применение в соответствии с полученным образованием и специальностью. Причина понятна: общая ситуация на рынке труда, отсутствие опыта работы на германских предприятиях, а главное – незнание немецкого языка. Чувство неуверенности и даже жалости к себе из-за невозможности реализовать свои знания и способности приводит к возникновению у многих иммигрантов депрессивных состояний, при которых усиливается тоска по прошлому: «Раньше я был уважаемым человеком, а сейчас никому не нужен, со мной не считаются». Такие мысли преследуют многих людей, потому они и придумывают «спасительную ложь», не понимая, что тоскуют по своей молодости, былой силе и энергии. По выражению поэта-сатирика И. Губермана, человек в иммиграции слабеет, прежде всего, от «недоупотребляемости» и «недоангажированности».
Нельзя отрицать тот факт, что иммигранты, не сумевшие приспособиться к новым условиям жизни, брюзжат по любому поводу, зацикливаясь на своих проблемах. Некоторые имеют завышенную самооценку: я, мол, такой хороший специалист, а меня не хотят брать на работу только потому, что я не знаю немецкого языка. Это служит для них своего рода оправданием того, что они так и не нашли себе применение в новой жизни. Порой хочется задать этим людям вопрос: «Собираясь в эмиграцию в Германию, вы и вправду предполагали, что будете там общаться на русском языке?» А иной раз и посоветовать: «Не можете выучить язык – найдите нишу в огромном море бизнеса, откройте свое дело и работайте только с русскими». В конце концов, если кому-то здесь не нравится, то ведь теперь нет проблем с возвращением обратно, тем более что в СМИ постоянно освещаются правовые вопросы реэмиграции. По моему мнению, есть очень верный способ смягчить остроту связанных с адаптацией проблем – нужно отказаться от высокомерной и отрицательной оценки местных обычаев и нравов. Нужно уважать чужой менталитет, не превозносить собственный как лучший и единственно правильный. Нельзя жить в другой стране с убеждением (часто неосознанным и возникающим уже после переезда), что «у нас всё лучше».
Что касается самоощущения, то любому человеку важно чувствовать себя востребованным. Причём, неважно кем – обществом, фирмой, семьей и пр. Очень важно, чтобы те, кто «выпал» из трудовой деятельности по возрасту или состоянию здоровья, были заняты делом и сами старались найти себе применение. Главное – чтобы активная жизнь и постоянная занятость приносили удовлетворение, заставляли людей зрелого возраста забывать о болезнях. При этом не имеет особого значения, чем они занимаются: помогают ли своим детям растить внуков, пишут ли мемуары, рисуют ли, занимаются лепкой, вышивают или что-то коллекционируют. Многие пожилые люди изучают немецкий язык в группах и самостоятельно, посещают компьютерные и другие курсы. Они принимают участие в работе разного рода общественных организаций, вовлекают других в круговорот разнообразной деятельности. Ведь если человек умеет радоваться жизни и воспринимает мир в позитивном свете, то, приехав в чужую страну, он не потеряет себя как личность, а будет считать, что ему в жизни повезло, и что он сделал правильный жизненный выбор.
Для проверки этих своих тезисов я обратились к иммигрантам, проживающим в разных городах Германии, с просьбой ответить на вопрос: «Разрушает ли эмиграция личность?» Вот какие ответы я получила.
Михаил Баскин, профессор культурологии, заслуженный работник культуры (Бад-Беллинген): – Активные и энергичные люди, оказавшиеся в эмиграции не у дел, в действительности теряют почву под ногами. Они получают психологический шок, осознав, что не смогут найти себе применения. Совершенно очевидно, что лица старше 50 лет должны ехать в эмиграцию с установкой на то, что в новой стране их никто не ждет и не будет встречать с распростертыми объятиями. Если они не готовы кардинально изменить свою деятельность и найти свое место в жизни, то их ждут глубокие разочарования.
Юрий Ткачёв, доктор филологии (Ганновер, Гёттингенский университет): – По-моему, ответ на данный вопрос кроется во внутреннем мире каждого конкретного человека. Кого-то эмиграция действительно приводит к потере почвы под ногами, а кого-то, напротив, к обретению новой, не менее твердой почвы. Важно, что эмиграция дает нам уникальную возможность прожить жизнь дважды, привлекая, при надобности, в новую жизнь элементы старой. А надобность эта прямо пропорциональна особенностям психики, силе воли и широте видения себя в этом мире. Человек вряд ли ослабевает на новом месте, если он никогда не спрашивает себя: «Кому я здесь нужен?» (это вопрос тотальных неудачников, которым для разрушения личности вовсе не обязательно куда-то ехать), но целеустремлен и всегда знает ответ на вопрос «что нужно здесь мне, моим детям, моим близким?».
Григорий Галич, поэт (Ганновер): – Я считаю, что если человек был личностью там, то он останется личностью и здесь. Если эмиграция была глубоко осознанным поступком, то человек, независимо от возраста, старается обрести себя на новом месте. Если он молод, то ищет работу и рано или поздно ее находит. Тот же, кто обременен годами, помогает растить внуков, приобщается к своей религии, находит товарищей по интересам и тогда они объединяются в творческие коллективы, различные кружки и т. д. А если человек приехал сюда только для того, чтобы, говоря словами Шарапова из известного фильма, «срубить по легкому», то, независимо от своего экономического успеха здесь, он не возвышает свою личность.
Майя Шеломенцева, доктор филологии, (Гамбург): – Эмиграция – это всегда определенная ломка. Ломка судьбы, а значит, и ломка личности. Кроме, пожалуй, последних пяти-шести лет, когда в эмиграции люди ищут только лучшей жизни и находят ее. Они знают, на что идут, а потому о ломке личности говорить не приходится, тем более – о ее разрушении. То, что нынешняя эмиграция втягивает наименее способных, слабых в сложившихся обстоятельствах или из-за возраста – это безусловный факт, не требующий доказательств.
Ольга Кукхаус, менеджер фирмы по недвижимости (Золинген): – Не хочу обидеть авторов некоторых писем, но, похоже, что их представление об иммигрантах, личность которых разрушается и которые «теряют здесь свое лицо» складывается из разговоров только с людьми преклонного возраста, не нашедшими себе применения не по причине переезда в другую страну, а просто из-за их личностных качеств. Безусловно, в иммиграции тяжело начинать карьеру сначала, найти себе должное применение. Но нужно стараться не опускать руки и радоваться тому, что мы здесь. Здесь есть много людей, которые не просто используют свои знания и умения, но и достигают успехов в новой жизни. Эти люди не испытывают ностальгии и не рассказывают о своем былом величии, настоящем или выдуманном, а работают и создают будущее себе и своим детям.