Недельные чтения Торы
Граница земного
и неземного
Суббота 4 марта
2006 г. – 4 адара 5766 г.
Книга «Шмот» («Имена»)
Недельный раздел
«Трума»(«Подношение»)
«И сделай двух керувов из золота. Цельной конструкцией сделай их по двум сторонам покрытия (над ковчегом). И сделай, чтобы один керув был с одного конца, а другой керув – с другого конца; из самого покрытия сделайте керувов по обе его стороны. Пусть будут керувы простирать крылья ввысь, осеняя крыльями покрытие, а лица их пусть будут обращены друг к другу; в сторону покрытия пусть смотрят лица керувов. И помести покрытие на ковчег сверху, а в ковчег помести свидетельство, которое Я дам тебе. И буду Я совещаться с тобою там, и буду говорить с тобою с места над покрытием, между двумя керувами…» («Шмот», 25:18–22).
Сказано: «Не сотвори себе рукотворного кумира!» – и вдруг эти непонятные керувы с крыльями и лицами как часть антуража поклонения. За что же тогда, спрашивается, через две главы накажут строителей золотого тельца?
И что же это за непонятные существа – керувы, и что за свидетельство в ковчеге?
Еще в Талмуде отмечается единодушное понимание «свидетельства» как Торы: в ковчег помещается свиток Торы как свидетельство о заключенном договоре между Единым и евреями (возможно, поначалу это Книга Завета – тот кусок главы «Мишпатим», который Моше уже записал к этому времени на свиток).
А что за керувы и для чего они, если Единый нематериален и абсолютен?
Начнем с того, что, в отличие от тельца, керувы не являются попыткой изобразить Бога. Это фигуры (очевидно, крылатые), обозначающие неких существ; эти существа называются тем же словом, что и фигуры, их изображающие, – керув, множественное число – керувим. В русском языке (через греческий) это слово приобрело форму «херувим», причем форма множественного числа стала использоваться как начальная (т. е. в единственном числе). В текстах можно найти три факта, связанных с керувами:
1. Единый говорит из места, находящегося между изображениями керувов в Храме.
2. Единый, в каком-то смысле, «восседает» на керувах, а иногда даже «летает» верхом на них. (см., например, псалом 18).
3. Керувы охраняют границу между утерянным раем и земным миром («Берешит», 3:24).
Мы знаем уже, что обороты речи, которые нам на первый взгляд кажутся «языческими», на самом деле обозначают очень глубокие понятия. И понять суть керувов мы сможем, совместив две функции: проводников присутствия Единого в мире (Его голоса) и охраны границы рая.
Мы живем в Седьмом Дне Творения – периоде, когда Бог (в человеческих понятиях) «отдыхает» от Творения из ничего. Иными словами, в этом Дне Творения – единственном, который мы знаем по нашему опыту, – «из ничего ничего не творится». Мы знаем этот основной закон как закон сохранения энергии.
Бог не нарушает собственных законов: это привело бы к обесцениванию Творения, превращению его в хаос. Любое «сверхъестественное» Его проявление явилось бы нарушением этого закона. Что же делать, если по Божественному замыслу требуется прямое проявление Единого, как в случае с Исходом из Египта и основанием Храма? Нужно создать трансфизическую систему, которая бы являлась одновременно «проводником» Божественности в мир и «предохранителем» против нарушения законов мироздания. Там, где Единый проявляется в материальном мире не через свое Творение, а напрямую, должны присутствовать и они – керувы, «трансформаторы» энергии Присутствия. Поэтому Престол Единого «покоится» на керувах, а Его голос звучит между фигур, которые являются рукотворными моделями керувов.
Потому и обозначают они границу между раем и земным миром. Ведь рай, как мы знаем, это та же Земля, только в состоянии, предшествовавшем наступлению Седьмого Дня, когда закон сохранения энергии не действует, а энергонасыщенность любого объекта зависит от его духовной близости к Единому. От такого райского состояния наш мир «защищен» трансформаторами-керувами.
Отчего же керув изображается именно так, а не иначе? Этот вопрос вторичен. Почему буква «алеф» выглядит так, а не иначе? (Раньше, например, «алеф» изображался в виде головы быка.) Форма керува – символ, которым можно манипулировать в работе (кстати, как мы видим из текстов, керувы могут сильно отличаться друг от друга). Это часть того предметного языка архитектуры Храма, который дан нам для налаживания прямой чудотворной связи с Богом, наряду со светильником-менорой, с жертвенником и его решеткой в форме сетки – маасэ-решет.
Умение услышать
Суббота 11 марта
2006 г. – 11 адара 5766 г.
Книга «Шмот»
(«Имена»)
Недельный раздел
«Тецаве» («Прикажи…»)
«И сделай хошен правосудия искусной работы, соответственно нагрудному одеянию сделай его: золотой, голубой и багряной тканью, и шелком алым, и льном пронизанным сделаешь ты его…» («Шмот», 28:15).
Что такое «хошен»? Я не имею в виду значение слова, хотя и оно заслуживает внимания: русский синодальный перевод называет его «наперсник» (то есть «нагрудник»), а этимология ивритского слова неясна: этимолог рав Э. Клейн сближает его с арабским корнем «хсн» – «быть красивым, здоровым» (как в именах Хасан и Хусейн – соотв., «красавец» и «красавчик»), а рав Шимшон Гирш – с ивритским «хсн» – «хранить, содержать». В дебри семитской этимологии, связанной с этими корнями, мы залезать не будем (к ним косвенно примыкает и русское слово «магазин», но, правда, оно происходит от арабского корня «хзн» с совершенно иным по натуре звуком «х»), а вернемся к вопросу о том, что же такое хошен? Для чего он нужен?
Из текста Торы ясно, что хошен использовался как вспомогательное средство для общения Великого Коэна (Первосвященника) с Единым. То есть, собственно, для… гадания. Коэн задавал вопрос, а Бог отвечал, подсвечивая камни хошена.
Позвольте, но ведь гадание, столоверчение, колдовство – противны духу Торы!
Всё верно. Противны. Но это здесь ни при чем. Потому что одна из самых важных истин, которые Тора передает нам постоянно, звучит так: «Бесконечный Единый Творец близок и досягаем, потому что Он прямо общается с любым живым существом».
Слушайте Бога, учит нас Тора разными способами; а царь Давид ясно говорит: «Близок Единый всем зовущим Его – всем, кто по-настоящему Его зовет!» (Псалом 145, ст. 18 ).
Заниматься гаданием, призывая духов, призраков и демонов и спрашивая их совета, действительно нельзя: в первую очередь, потому, что гадающий воспринимает «дух» как нечто более авторитетное, чем он сам, и переносит на него собственную ответственность. Гадание – это еще одна разновидность сотворения кумира, еще один способ уйти от выбора. А общение с Единым настолько важно, что, если человек не слышит Его голоса напрямую, дозволено даже использовать язык знаков-примет (например, открыть книгу наугад) – лишь бы человек сознавал, что этим самым он получает знак от Того, кто сотворил Вселенную и его самого.
Общение с Единым тоже ни в коем случае нельзя использовать как способ ухода от ответственности: на то и третья заповедь: «Не нагружай Единого попусту». Бог может помочь нам, если мы Его просим, и Он поможет нам услышать Его, если мы Его попросим: но Он не сделает за нас выбора.
Внутри каждого из нас звучит голос Единого. Мы так и говорим: «внутренний голос». Часто бывает полезно рассматривать проявления Творца как отдельные сущности (ведь и мы сами – проявления Творца). Тогда внутренний голос оказывается сущностью, «приставленной» к нам Единым – нашим ангелом-хранителем, призванным помочь нам в нашей жизненной задаче, которая (как мы уже знаем) заключается в том, чтобы правильно выбирать. Если мы научимся слышать наших ангелов-хранителей, мы сможем получше разобраться в нас самих, в нашей задаче; найти наше место в системе мироздания, развивающейся бесконечно по воле Единого; и развиваться самим в том направлении, которое наиболее соответствует Божественному началу в нас.
Еврейская вера не запрещает назначать признаки и приметы для общения с Богом (или, если угодно, с Его проявлениями – иерархией добротворных сущностей). А для столь важного дела, как справедливое функционирование общности Израиля, изготовление такого «средства общения» является необходимым по закону и заповеди.
Многие труды посвящены строению и метафизическому смыслу двенадцатикаменного хошена Великого Коэна. С восстановлением и обновлением служения Единому должен явиться миру и новый хошен. Но ни один из нас не должен ждать этого времени бездеятельно. «И сделай хошен правосудия», – говорит каждому из нас Тора; и это означает настройку самого себя на общение с Единым – на умение слышать в себе Его истинный голос и не бояться.
Грязь на лице
Суббота 18 марта
2006 г. –18 адара 5766 г.
Книга «Шмот»
(«Имена»)
Недельный
раздел «Ки Тиса…» («Когда будешь вести <счет>…»)
В этом разделе продолжаются указания об организации службы в храме, в частности дается заповедь омовения когенов: «И сделай сосуд из меди, и его основание из меди, для омовения; и поставь его между шатром собрания и жертвенником, и влей в него воды. И омывать будут Аарон и его сыны из него руки свои и ноги свои. При входе своем в шатер собрания будут они омывать (их) водою и не умрут… И это будет им законом вечным, ему и его потомкам для их поколений» («Шмот», 30:18–21).
На первый взгляд это понятная заповедь гигиены. Весьма важная, ибо большая часть жертвенных животных после заклания съедалась как самим жертвователем, так и служителями Храма. Но это только на первый взгляд. Один из современных комментаторов Торы, рав Гитик, советует: «Думай сразу вторую мысль: первая ошибочна!»
Распространение этой заповеди на все грядущие поколения дало повод нашим мудрецам постановить, что и в отсутствие Храма, когда жертвоприношения временно заменены молитвой, молитве должно предшествовать омовение. И тут нас подстерегает проблема: «Каждое утро, прежде чем приступить к молитве, следует совершать омовение лица, рук и ног» (Рамбам «Законы о молитве», 4:1). Итак, Тора предписывает умывать руки и ноги, а Рамбам – лицо, руки и ноги, причем лицо ставится на первое место! Может быть, за 2500 лет изменились понятия гигиены? С этим трудно согласиться. Уже в библейский период города Ханаана были весьма благоустроенными, даже по современным меркам. Водопровод, канализация и ванная были в каждом доме, общественные бассейны (миквы) – в каждом поселке и в каждом квартале города. Да и другие заповеди (например, очищения от проказы) требовали омовения всего тела, лица в том числе.
Вероятно, мы не можем свести омовение перед молитвой (храмовой службой) к гигиене.
Наши предки кормились от трудов рук своих. Праотцы были скотоводами; поколение, пришедшее в Ханаан, занялось земледелием. Среди мудрецов древности, выдающихся комментаторов и законоучителей были сапожник и ювелир, торговец и пастух, каменщик и винодел. Их внешние, «периферийные», таланты взаимодействовали с материальным миром, обеспечивая пропитание, а глубинные способности были направлены на постижение Всевышнего. Омовение перед храмовым служением декларировало отход от мирских забот, переход в иную ипостась, хотя сами элементы храмовой службы и были внешне похожи на мирские: убирать золу и готовить дрова, резать скот и готовить мясо, выпекать лепешки и хлеб, готовить овощи к трапезе и зажигать светильник. Только руки и ноги были при этом омыты – вознесены, посвящены Единому.
Тысячелетия спустя изменилось содержание материальной жизни. В новых профессиях всё больше и больше оказались задействованы самые высшие способности человека – интеллектуальная, эмоциональная, эстетическая сферы. Как просто юристу, например, соотнести постулаты Галахи с повседневной судебной практикой, а поэту – перейти от псалмов Давида к поэтике своих стихотворений… Защищает нас от такого ошибочного сдвига конкретное действие: перед молитвой мы должны не только свои инструменты воздействия на материю (руки и ноги) посвятить Ему, но и инструменты духа – лицо, средоточие органов чувств, – должны подготовить для Дела.
Во многих языках мира слово «лицо» – символ внешнего («наличник», «лицевая сторона»). В иврите «лицо» («паним») – символ внутреннего, часть тела, аккумулирующая в себе лучшие способности человека и наиболее полно их отражающая. (Вспомните: «интеллигентное лицо», «лицо, не тронутое образованием», «одухотворенное лицо» и т. п.). В библейские времена «лицо» не было запятнано соучастием в мирской суете. Ныне это не так. Наше сознание и сердце должны очистится от всего ложного и сиюминутного, чтобы мы могли обрести связь с сутью и целью жизни.
Винтик или личность?
Суббота 25 марта
2006 г. –25 адара 5766 г.
Книга «Шмот»
(«Имена»)
Недельные
разделы «Ва якхель»,«Пкудей» («И созвал…», «Итоги»)
В эту субботу мы читаем две главы Торы, первая из которых рассказывает о строительстве Мишкана (переносного Храма), вторая – начинается публичным отчетом об использованных материалах: «Всего золота, которое использовалось для работы, для всякой работы святилища, золота приношения, было двадцать девять кикаров и семьсот тридцать шекелей, исчисленных по мерам святилища. А серебра с подсчета общины было сто кикаров и тысяча семьсот семьдесят пять шекелей, исчисленных по мерам святилища. Бека с головы, половина шекеля святилища с каждого, кто перешел к исчисленным, от двадцати лет и старше, с шестисот трех тысяч пятисот пятидесяти человек. Сто кикаров этого серебра были использованы, чтобы отлить подножия святилища и подножия разделительной завесы, сто подножий из ста кикаров, кикар на подножие. А из тысячи семисот семидесяти пяти он сделал крючки для столбов, а также он покрыл их вершины и сделал ободья для них. А меди приношения было семьдесят кикаров и две тысячи четыреста шекелей. Он сделал из нее подножия для входа в Шатер Собрания, медный жертвенник и его медную решетку, и все принадлежности жертвенника, и подножия двора вокруг, и подножия ворот двора, и все колья Мишкана, и все колья двора вокруг» («Шмот», 38: 24–31).
Далее следует отчет об использовании голубой шерсти, багряницы, червленицы и других материалов. Везде следуют точнейшие указания количества, которое пошло на тот или иной предмет, но один материал в отчете показан особо. Про серебро сказано, что его источником стала перепись населения, серебро собирали по полшекеля с каждого военнообязанного мужчины. И бедный не дал меньше, и богатый не дал больше. И дар этот не был добровольным. Каждый был обязан дать эти полшекеля.
Есть бесконечно много символов, спрятанных в конструкции и материалах Мишкана (переносного Храма). Храм – особая, выделенная точка, где верхние миры соединяются с нижними, каждый элемент Храма соответствует детали мироздания. Храм выделяет Место, а еврейский народ – особый, выделенный Народ. Попробуем сопоставить структуру Храма и еврейского народа. Дело здесь не только в том, что само строительство Мишкана было делом всенародным. И не только в том, что во время строительства выполнялась одна из главных общенародных заповедей – соблюдение Субботы, а перечень строительных работ стал одной из основ этой заповеди.
Есть два противоположных взгляда на соотношение народа и личности. В крайностях своих они выражены в социалистической (коммунистической или национал-социалистической) доктрине, для которой люди – безликие винтики народного механизма, и в западной либеральной идеологии, декларирующей абсолютный примат интересов индивидуальности. Еврейский народ (по аналогии с Храмом) демонстрирует особый, свой путь. Обязательно присутствует компонент универсальной общности – каждый дает полушекель серебра, материала средней (между золотом и медью) ценности. Из этих «винтиков» создается главная, опорная, несущая конструкция Мишкана – подножия, навершия, крючки, ободья. Но, наряду с безликостью полушекеля, каждый принес еще один свой дар, дар от чистого сердца, дар по своим возможностям: медь и золото, шерсть и кожи, дерево и драгоценные камни, из которых и было выполнено всё великолепие храмового убранства. И оба компонента личности – общий, уравнивающий, «полушекельный», дающий опору, и индивидуальный, яркий, золотой и разноцветный, дающий блеск и разнообразие, – необходимы для строительства единого народа, Единого Храма.
Это далеко не единственный урок строительства общества, строительства Народа, который мы находим в Торе. Демократия и права человека, гуманизм и свобода слова, разделение ветвей власти и независимая судебная структура, равенство женщин и мужчин, защита прав национальных меньшинств, социальные и образовательные программы, устройство вооруженных сил, справедливая финансовая и налоговая система, неповторимая мозаичность Колен и монолитное единство Закона – всё это и многое другое мы находим записанным и во многом реализованным за тысячелетия до появления какого-то подобия этих явлений в так называемой «западной» цивилизации. И самое главное, личность и общество – не «униформенная» однообразность, но и не аморфная толпа индивидуалистов – это мы с вами, Еврейский народ…
Глава «Пкудей» заканчивается описанием того, что когда все элементы Шатра были изготовлены в точности по Его чертежам, собраны в точности по Его указаниям, и все инструкции были в точности выполнены, то «закрыло облако Шатер Откровения и слава Бога наполнила Шатер» («Шмот», 40:34). Из общности и индивидуальности, единства и разнообразия возникло чудо, новое и небывалое, – Всевышний пришел в Мишкан, созданный человеческими руками. Сегодня, когда диаспора пристально смотрит на Израиль, а Израиль ждет слов диаспоры, мы еще раз пытаемся сверить свои пути с Его путем. Мы понимаем, что до точного соответствия нашего общества законам Торы – долгий путь. И когда мы читаем молитву «О благополучии государства Израиль», то вся осмотрительность трехтысячелетнего опыта не скрывает жара юношеского нетерпения – когда?