Крылья Победы

Пять лет назад не стало выдающегося советского авиастроителя Израиля Левина

В августе 1944 г. директор Саратовского авиационного завода был срочно вызван в Москву. О цели вызова ему не сообщили, но опытный руководитель понимал: речь наверняка будет идти об очередном военном заказe или увеличении выпуска уже запущенной в производство серии самолетов.

В Кремле его ждали. «Всесоюзный староста» Михаил Калинин поднялся из-за стола и крепко пожал руку вошедшему: «Поздравляю вас, Израиль Соломонович. Постановлением Совета Народных Комиссаров Союза ССР вам присвоено высокое звание генерал-майора инженерно-технической службы. Вы заслужили это звание: выпускаемые вашим заводом самолеты внесли и продолжают вносить большой вклад в дело разгрома фашизма, приближают день нашей победы».

Он с детства мечтал об авиации, этот худощавый черноглазый мальчишка, родившийся в 1908 г. Бедная еврейская семья знала цену труду, и после окончания школы Изя сразу же начал работать учеником слесаря в артели «Преображенский строитель». Но мысль о небе не покидала юношу, и после трех лет обивания порогов на Московской бирже труда, в июне 1927 г., ему наконец выдали направление на Московский авиазавод № 22. Девятнадцатилетний ученик слесаря оказался на диво трудолюбивым: постоянно выполнял и перевыполнял план, упорно постигал тайны рабочей профессии и вскоре стал мастером смены, а затем был выдвинут на должность секретаря заводского комитета комсомола. Но небо по-прежнему звало его к себе – и парень был несказанно рад, когда его призвали на военную службу. И не куда-нибудь, а именно в ВВС, где Изя прослужил с 1930 по 1935 гг. Причем, не только практически изучил все типы самолетов, но и сумел получить высшее техническое образование. А вернувшись на родной завод, за два года вырос от старшего мастера до заместителя директора предприятия. Но и на этой должности молодой специалист не задержался: в 1937 г. он был назначен директором Иркутского, а через три года – Саратовского авиационного завода. В воздухе уже отчетливо пахло войной, и стране были срочно нужны новые боевые самолеты. Причем как можно быстрее и как можно лучшего качества. Ведь у наиболее вероятного противника, нацистской Германии, уже были тысячи первоклассных боевых машин, и в случае военного конфликта ее «мессершмидты», «хейнкели» и «фокке-вульфы» могли быстро решить войну в пользу Гитлера.

Задача, которую поставили перед чудом избежавшим «чисток» молодым директором, относилась к разряду почти невыполнимых: завод, еще недавно выпускавший комбайны, должен был в трехмесячный срок освоить производство и начать серийный выпуск боевых истребителей «Як-1». Кремль так спешил, что, несмотря на огромный риск, приказал начать серийное производство самолета, который еще не успел до конца пройти даже самых необходимых испытаний. Невыполнение приказа означало для директора завода если не расстрел или длительное тюремное заключение, то уж наверняка пожизненный запрет на профессию. Но главным «стимулом» было не это: самолеты были нужны для защиты Родины, и именно это обстоятельство Израиль Левин поставил во главу угла. Под его личным контролем в производство были срочно внедрены новые технологии штамповки, сварки и поточно-стендовой сборки, на рабочих местах началась подготовка сотен нужных специалистов. За 90 суток инженеры, рабочие и директор завода свершили чудо: в сентябре 1940 г., точно по плану, истребители Яковлева поднялись в воздух. Поднялись, чтобы уже через 9 месяцев вступить в бой с гитлеровской авиацией, бомбившей Украину, Белоруссию и Россию. Чтобы в конце 1941-го защитить от налетов Москву.

В середине 1943 г. нарастающий выпуск самолетов был нарушен ожесточенными бомбежками некоторых советских заводов. Особенно пострадал Саратовский авиационный, где было полностью выведено из строя водоснабжение. Возникший пожар было нечем тушить. От еще недавно работавших цехов остались только обгоревшие стены и почерневшие от гари станки. Правда, сохранились основные энергетические магистрали и некоторые технологические линии, но перспектив на полное восстановление завода почти не было. Сначала рабочих хотели эвакуировать на другие заводы, но наркомат принял чрезвычайное решение – любой ценой отстроить завод в трехмесячный срок. В Саратов прибыли лучшие строительные коллективы с других предприятий, доставили необходимое оборудование, началась срочная расчистка завалов. И Левин вместе с воспитанным им коллективом вновь взялся за дело. Вместе они сотворили очередное чудо – восстановили завод всего за два месяца. И не просто восстановили. Если в мае, до бомбежки, завод выпускал 286 самолетов, то уже в октябре он дал армии рекордное количество машин – 280. В дальнейшем эта цифра неуклонно возрастала.

Но самое любопытное состояло в том, что гитлеровцы не могли поверить в возрождение этого завода. Однажды И. Левин в очередной раз выехал в действующую армию, где в штабе одного из фронтов у него произошла встреча с попавшим в плен заместителем командира германской авиадивизии, бомбившей его предприятие. Командующий фронтом генерал армии Ф. Толбухин приказал привести пленного: «Вы говорили, что стерли Саратовский завод с лица земли, а вот перед вами живой директор завода», – обратился Толбухин к летчику, указывая на Левина. «Директор – может быть, – возразил пленный, – но завода нет и быть не может, мы его снесли полностью». «Завод по-прежнему выпускает самолеты и будет выпускать их еще больше, чем раньше», – глядя в глаза врагу, твердо сказал Левин. Но фашист так и не поверил этому.

Зато поверила Победа, которую приблизили 8721 истребитель «Як-1» и 4848 истребителей «Як-3», выпущенных за годы войны заводом Израиля Левина. Директор установил личные связи со всеми воздушными армиями, куда направлялись его самолеты, оказывал постоянную помощь в их ремонте. Немногие знают, что восстановление боеспособности защищавшей Сталинград 16-й воздушной армии по личному заданию маршала Жукова обеспечил именно Саратовский авиазавод. Завод Левина даже установил своеобразный рекорд: за время войны ему 28 раз вручалось Переходящее красное знамя Государственного комитета обороны. А директор завода за выпуск боевых самолетов в сжатые сроки был удостоен ордена Ленина и ордена Кутузова 1-ой степени. Выдающийся организатор оборонной промышленности Израиль Левин стал едва ли не единственным руководителем оборонного предприятия, удостоенным боевого полководческого ордена. «Он кует крылья Победы» – так назвал свою статью о генерале авиастроения корреспондент одной из центральных газет.

И в послевоенное время Израиль Соломонович продолжал укреплять оборону своей страны. Внимательно отслеживая новинки мирового авиастроения, он быстро перестроил производство для выпуска современной реактивной техники. Так, уже в 1946 г. был начат выпуск учебно-тренировочного самолета «Як-11» с цельнометаллическими крыльями, а еще через три года директор проводил в испытательный полет реактивный истребитель «Ла-15». А когда эта машина была запущена в серию, сразу же возглавил освоение нового, еще более скоростного истребителя «МиГ-15». Мощные серебристые крылья самолетов, выпущенных заводом Левина, сверкали над многими странами, вызывая зависть и восхищение зарубежных специалистов. На гражданском пиджаке генерала Левина появлялись очередные правительственные награды. Однако в годы начатой Сталиным «борьбы с космополитизмом», когда советские евреи были изгнаны со всех более или менее ответственных постов, был снят с должности и директор Саратовского завода. Правда, ему еще повезло: знаменитому авиастроителю милостиво «доверили» работу на незначительных должностях в Министерстве авиационной промышленности. Но Левин и на третьестепенных ролях проявил себя настолько блестяще, что вскоре его гонители были вынуждены перевести «космополита» на должность консультанта министра.

Уйдя на заслуженный отдых, Израиль Соломонович долгие годы возглавлял Совет ветеранов министерства, оказывая помощь людям, как и он сам, вложившим весь свой талант в строительство отечественной авиации. Судьба подарила ему долгую жизнь: он скончался летом 2001 г. в возрасте 93 лет.

Юрий МАРКТМАНН