Начал за здравие…

А кончил Борис Кокотов за упокой. Он был, безусловно, прав, утверждая в своей статье «Есть евреи – будут и общины», опубликованной в сентябрьском выпуске «Еврейской газеты», что «евреи были, есть и будут. А где будут евреи – будут и общины». Но при этом автор считает, «что для того чтобы руководить общиной в германском обществе надо быть до мозга костей немцем, то есть впитать здешнюю жизнь с молоком матери». Это мнение созвучно с мнением генерального секретаря Центрального совета евреев в Германии Ш. Крамера, высказавшегося в этом же номере газеты хотя и не так прямо, но примерно в том же духе. Причем он сделал это, отвечая на вопрос, совершенно не касавшийся проблемы «русской улицы», еще не доросшей, по его мнению, до того, чтобы и русскоязычным членам общины «дать порулить» (по выражению Кокотова). Штефан Крамер безапелляционно заявил: «Конечно, очень печально наблюдать, что мы в настоящее время не имеем достойных кандидатов из круга русскоязычных мигрантов – ни по их квалификации, ни по способности представлять интересы большинства».

Трудно сказать, чего в этой фразе больше: лицемерия, высокомерия или страха перед нашествием «наших гуннов» и их вторжением в круг местного истеблишмента. Но уж только не печали и сожаления по поводу отсутствия «достойных кандидатов».

Правда, Ш. Крамер признал, что «среди них, безусловно, есть талантливые люди, но если быть объективным, они (т. е. пришлые) еще недостаточно готовы к тому, чтобы занимать такие посты» (речь шла о президиуме ЦСЕГ. – Прим. авт.).

Мне при этом вспоминается выступление в 1997 г. на предвыборном собрании перед выборами в парламент Еврейской общины Берлина одного из «наших», заявившего, что он – де вычитал в Талмуде, что правителями имеют право быть только богатые. Такой подхалимаж общинной элите был настолько примитивен, что ничего, кроме отвращения вызвать, не мог. Но, к сожалению, до недавнего времени фактически так и было.

Я не знаком с господином Кокотовым, но как член Директориума ЦСЕГ достаточно хорошо знаю, «кто есть who» генсек Крамер. И тот факт, что высказывания неизвестного мне г-на Кокотова и более известного г-на Крамера в какой-то мере оказались созвучными, дополнительно побуждает меня дать обоим «печатный» ответ в надежде на то, что и он будет напечатан.

Испокон веков у евреев существует понятие «нешоме» – душа, еврейская душа. Конечно, о загадочной русской душе написано гораздо больше. При этом многие считают, что русскую душу в процессе ассимиляции и срастания с великой нацией могут приобрести и нерусские, в том числе и евреи. Еврейскую же душу, по-моему, невозможно получить автоматически вместе со свидетельством о переходе в еврейство. Даже тем, кто подготовился к этой процедуре по всем правилам у ортодоксального раввина (не говоря уже об облегченной подготовке и менее сложной процедуре перехода у либеральных раввинов).

От понятия «еврейская душа» неотделимо понятие «идише маме». То есть речь идет не только об особой категории мам, но и о об их детях, буквально впитавших в себя еврейство с молоком матери. (Предвидя шквал критики, сразу скажу: я выступал и продолжаю выступать за прием в общину евреев как «по матери», так и «по отцу». Но почему-то некоторые депутаты нашего парламента, о мамах которых неизвестно, перешли ли они в еврейство, первыми бросаются на баррикады против моего предложения.)

За мое предложение принимать в общину и евреев по отцовской линии меня упрекал в том числе и Штефан Крамер, считая это кощунственным покушением на устои еврейства, зиждущегося на признании евреями только тех, кто был рожден еврейкой или перешел в еврейство. Получается, что недавно ставшие евреями, как, например, господин Крамер, имеют больше прав считать себя евреями, чем дети многих членов наших общины, которых туда не принимают лишь потому что у них мамы –нееврейки. Такое положение дел я продолжаю считать абсолютно нелогичным и абсурдным.

При всём уважении к тем, кто искренне, из внутренних религиозных побуждений стал евреем, хочу заметить: по-моему, ни один из них всё-таки не может вместе с удостоверением от раввина о переходе в еврейство автоматически получить еще и нечто нематериальное, но весьма существенное – еврейскую душу. Будь он хоть трижды более религиозный, чем обычный еврей, вскормленный молоком еврейской мамы. Это просто невозможно. Не говоря уже о тех, кто перешел в еврейство по причинам, ничего общего с религией не имеющим. Есть и такие.

Мои отношения с матерью, например, никогда не были безоблачными. Но когда я слушаю песню «Идише маме» даже в исполнении третьеразрядного певца, меня и в моем не очень юном возрасте пробирает дрожь. Чтобы поверить в то, что господин Крамер, ставший евреем три года назад, может испытывать при исполнении этой песни те же чувства, что и я, еврей с 71-летним «стажем», нужно обладать большой фантазией. Более реально представить себе другое – что подобные люди после праздника Хануки не откажутся от приглашения своих христианских мам на совместное празднование Рождества Христова.

Когда-то в беседе с корреспондентом газеты Tagesspiegel Крамер признал, что у него еще многое впереди, но решительно отрицал свое намерение стать преемником Пауля Шпигеля на посту президента ЦСЕГ. Он не скрывал, что ему лестно, что о нем говорят как о кандидате на такой пост, но утверждал, что ему нравится его работа и он намерен выполнять ее и дальше. По крайней мере, пока.

В то, что на данном этапе Крамер не очень стремился стать президентом ЦСЕГ, я верю. Может быть, потому что еще пока рановато. Да и выбирают сначала из числа членов Директориума, а потом – президиума. Он же – только служащий. Поэтому мог бы без лишней скромности так и пояснить журналистке. К тому же пост президента ЦСЕГ неоплачиваемый. Почетный, но на общественных началах. Очевидно поэтому Крамер так скромно ответил, что он был бы готов стать председателем правления Еврейской общины Берлина, чтобы прекратить в ней споры. Жаль, конечно, что при этом он не объяснил, каким образом он намерен это сделать. И зачем ему взваливать на себя тяжелое бремя обуздания строптивых в Берлинской oбщине? Ведь рассчитывать на получение зарплаты, превышающей его доход генсека, он не может. Кроме того, будучи готовым облагодетельствовать нашу общину, господин Крамер не учел одного «пустяка»: его к нам никто не приглашал. Он, видимо, уже забыл о том, что даже на выборах в финансовую комиссию нашего парламента в начале 2004 г. он получил всего 2 голоса и только благодаря «протекции» через два года был туда введен и даже почтил один раз заседание комиссии своим присутствием. В отличие от интеграционной комиссии, куда он был избран и в заседаниях которой вообще ни разу не принял участия. Когда ему было предложено оттуда выйти, он сделал это без возражений.

Я считаю молчание знаком согласия. Не давать отпор – значит признавать правоту тех, кто на тебя нападает или облыжно обвиняет. Поскольку г-н Крамер, как и г-н Кокотов, считает всех евреев из бывшего СССР еще недорослями, этакими Митрофанушками, не созревшими до уровня, необходимого для руководства своими собратьями, то я посчитал своим долгом ответить им, так же, как в свое время ответил на высказывание старосты одной из синагог, заявившего: «Мы вас приняли, привили вам еврейство, а вы нас теперь душите».

Не берусь судить о том, как руководят и прививают еврейство евреи-«аборигены» или «наши» евреи в новых общинах. Но о том, как управлялась Берлинская община последние 8 лет, могу заявить с полной ответственностью: хуже трудно себе представить. Тот факт, что прокуратура почти год ведет расследование, уже говорит сам за себя. Только о том, с чем мне лично приходится до сих пор сталкиваться и о результате хозяйничанья в общине этих людей, можно написать целый том. И чтобы после таких черных страниц в истории нашей общины осмеливаться на утверждение, что только «аборигены» могут и должны нами руководить и «прививать еврейство», надо действительно обладать чувством черного юмора. Если к тому же еще и учесть, что большинство новых общин состоит исключительно из русскоговорящих евреев. Что же им-то, бедным, делать? Может, эти общины надо закрыть, если не найдется кого-нибудь из «туземных» евреев, согласных приехать откуда-нибудь на выручку, чтобы «порулить»?

Между прочим, ЦСЕГ уже уполномочивал Крамера временно «порулить» и навести порядок в двух общинах. Что из этого получилось, пусть лучше расскажут представители тех общин, в которых он и Петер Фишер, еще один представитель ЦСЕГ, «коммисcарили».

Вот такие спасатели в нашем еврейском обществе. Говоря о себе, евреи шутят, что каждый народ имеет право избирать и быть избранным. За что и на что нас избрал Б-г – спорный вопрос. Но то, что еврейские общины Германии вправе сами избирать своих лидеров, – это бесспорно. Вне зависимости от желаний благодетелей типа Крамера или Фридмана и пары их сторонников. И в Берлинской общине мы вполне можем обойтись без непрошеных варягов. К тому же у нас и своих подобных им хватает. Мы это уже проходили, и нам они больше не нужны. Недаром ведь говорится: «Избави Б-г нас от таких друзей, а от врагов мы уж сами отобьемся». А в том, что «евреи были, есть и будут. А где будут евреи – будут и общины», Кокотов, безусловно, прав.

 

Аркадий ШНЕЙДЕРМАН,

зам.председателя правления

Берлинской еврейской общины