Удивляюсь и надеюсь

В очередной раз открыла «ЕГ» и в очередной раз выделила для себя страницы рубрики «Духовное наследие». Эти материалы глубоко освещают проблемы нашей религии. Но вот что меня удивляет. Вышеуказанные страницы «ЕГ» не становятся предметом обсуждения в нашей общине. Наши духовные руководители владеют ивритом и немецким языком. Они – выходцы из Израиля и, по-видимому, «ЕГ» не читают. Но последнее, к моему сожалению, можно сказать и о русскоговорящем учителе Торы. Удивляюсь!!! Мне очень нравится, что в иудаизме допускается обсуждение, полемика. На этом построен Талмуд. Однако в жизни нашей общины преобладает дух беспрекословного подчинения стоящим во главе общины, хотя они и избираются демократическим путем.

Возможно, сказываются привычки коммунистического правления. Но сейчас мы живем в демократической стране, где иметь личную точку зрения не возбраняется и инициатива на благо общества поощряется. Так? А некоторые хотят жить так, как жили там. А может быть, не могут иначе? Удивительно, особенно когда это касается евреев!

До сих пор я сознательно не назвала города, в котором живу в Германии. Позволю себе воспользоваться приемом русских классиков – «в городе N». Так вот. В городе N перестраивается одно из зданий. Его уже называют Новой синагогой. Затрачены большие средства. Это, бесспорно, победа, ставшая результатом труда и энтузиазма председателя и членов правления. Есть уже молитвенный зал, помещения для различных культурных и учебных мероприятий. Но, к сожалению, возникают вопросы: для кого создан этот религиозно-общественный центр и может ли он называться синагогой, если у общины нет раввина и не зажигаются в пятницу, согласно календарю, субботние свечи? Только 1–2 раза в месяц наш кантор исполняет молитвы. Приходят пожилые евреи и еврейки пообщаться, кое-как выполняется ритуал. Иногда у нас появляются немцы, интересующиеся иудаизмом. А вот молодых евреев не заманишь и калачом. Что делать? Может быть, есть положительный опыт у других общин? Ведь мы сюда приехали, потому что мы евреи. И в память о своих предках и ради будущего еврейского народа должны вести себя иначе. Немцы нам помогают, а что же мы сами? Удивляюсь!!!

Порой говорят, что чаще собрать на молитвы наших евреев не удастся. Но я думаю, что это могло бы стать радостной привычкой, если бы проводилось регулярно один раз в неделю, как это положено евреям. Хотелось бы узнать также, выделяются ли земельными правлениями средства на оплату раввинов в общинах, имеющих 300–400 человек? Если да – то каков должен быть их оклад? Если это не служебная тайна, объясните, пожалуйста.

Думаю, стоит рассказать о том, как наш председатель правления борется с антисемитизмом в нашем городе. Он превратил новый еврейский центр в открытый дом для немцев-христиан. Проводит экскурсии, кроме того, молитвенный зал используется для концертов инструментальной и хоровой музыки. Жаль всё же, что среди публики преобладают не члены еврейской общины, а немцы. Для евреев, возможно, цены на билеты высоковаты, хотя бывают и скидки для своих. Удивляюсь!!!

В общем, причин для удивления много. Почему в Германии нет главного раввина, который бы задавал тон? Думается, при теперешнем преобладании в Германии среди евреев выходцев из бывшего СССР главный раввин должен, кроме иврита и немецкого, знать и русский язык. Может быть, новый глава ЦСЕГ Шарлоттe Кноблах сумеет решить вопрос о духовной жизни евреев в маленьких общинах? Может быть, это привлечет в общины молодежь?

Надеюсь!!!

И. К.