Деньги для диктатуры ХАМАСаМахмуд Аббас и Исмаил Хания образовали кабинет народного единства
Палестинское правительство сформировано. Спустя месяцы, в которые вместились малые гражданские войны, локальные убийства, мучительные дискуссии и освобождающие от мук скандалы, кандидатуры наконец согласованы. Компромисс вроде бы достигнут.
Заключительные споры о новом составе кабинета длились более месяца. В итоге президент Махмуд Аббас и премьер Исмаил Хания сошлись на том, что среди 24 членов правительства будет девять представителей от ХАМАСа, шесть – от ФАТХа, остальные места займут так называемые независимые и представители других партий и фронтов, входящих в Организацию освобождения Палестины.
Последним камнем преткновения стал пост министра внутренних дел.
Тут было о чем спорить. Человек, занимающий такой пост, мог бы стать ключевой фигурой в том печальном случае, если на улицах Газы вновь разразится палестино-палестинская война. Поэтому имена в колоде кандидатов тасовались чуть ли не каждый день. Называлось, например, имя военного прокурора Хаммуды Джеруана, члена ФАТХа, за которого глава администрации Аббас должен был бы голосовать обеими руками. Однако главная интрига палестинской политики состоит в том, что люди здесь подбираются не по партийной принадлежности, а по клановым признакам и наличию личных связей. Поэтому за Джеруана таинственным образом выступал ХАМАС, а президент автономии с решением медлил. Очень хотел остаться на своем посту врио министра внутренних дел Саид Сеам, но ему точно не светило. Репутация одного из главных врагов ФАТХа и создателя «хамасовской» милиции смущала даже Исмаила Ханию.
В итоге Аббас в качестве главы МВД предложил 50-летнего Хани аль-Кавасеми – бывшего ректора Исламского университета, человека с умеренными симпатиями к ХАМАСу, тут же найдя ему мощнейший противовес. Ибо первым же указом президент Палестины назначил своим советником по национальной безопасности Мохаммада Дахлана – человека весьма влиятельного и убежденного противника ХАМАСа. В этой новой должности Дахлан будет отвечать за координацию деятельности различных вооруженных подразделений автономии, контроль над которыми до сих пор никак не удавалось поделить противоборствующим группировкам. Можно надеяться, что новый советник, с его огромным опытом работы в спецслужбах, с этой работой справится. По крайней мере в том смысле, что активность ХАМАСа в армии и милиции будет ослаблена. Завершение правительственного кризиса в Палестине вызвало в мире самые противоречивые чувства и отклики.
Израильтяне, со вздохом наблюдавшие длительные кровавые разборки среди палестинских элит, теперь вздохнули еще тяжелей. Формальное объединение палестинцев не сулит им особых радостей. Ибо, как и во времена Арафата, палестинские политики играют сразу на двух полях. Мир и дружбу с Израилем символизирует Махмуд Аббас. Непримиримые чувства по-прежнему высказывают лидеры ХАМАСа во главе с председателем правительства Исмаилом Ханией.
Сирийский «обком» против
Это давняя, безнадежная, осточертевшая игра.
Аббас на словах (да, наверное, и на деле) – за строгое выполнение «Дорожной карты», которая должна привести Израиль к границам 1967 г., а его самого – на пост главы первого в истории независимого Палестинского государства. Он готов уважать и признавать Израиль. Обмениваться рукопожатиями и улыбками с Эхудом Ольмертом. В отличие от вспыльчивого покойного раиса он не очень верит в свою миссию создателя Палестины, но был бы, конечно, счастлив, если бы при его жизни это государство стало полноправным членом ООН. Он миролюбив, лукав и очень осторожен. С ним вполне можно иметь дело. Аббас – один из самых вменяемых палестинских лидеров. Но и бессильных.
От его имени министр иностранных дел ПА Зиад Абу-Амр обращается к израильскому правительству с просьбой пересмотреть решение о бойкоте палестинских властей. Подконтрольный Аббасу министр выражает надежду, что изоляция автономии подходит к концу, что западные страны снимут экономическую блокаду. Он не скрывает презрения, размышляя вслух о лидерах ХАМАСа: они, мол, не контролируют новое правительство, которое не несет ответственности за политическую радикалов.
К сожалению, это совсем не так. Победившие на парламентских выборах активисты ХАМАСа выражают, строго говоря, мнение палестинского народа. А этот несчастный народ, смертельно уставший от бесконечной бойни и продажных лидеров ФАТХа, вместе со своими избранниками не видит выхода из тупика. Во всяком случае, в признании Израиля они решения своих проблем не видят. Хания и его заединщики так и говорят: даже если ХАМАС и согласится на признание ненавидимого соседа, если «захочет пойти на капитуляцию», то «избиратели не поймут». Поэтому в ответ на призыв Израиля и лидеров «квартета» следовать достигнутым договоренностям, Халед Машааль, глава заграничного политбюро ХАМАСа, обещает лишь «уважать» прежние договоры.
Это стало уже принципом. Махмуд Аббас давно готов признать Израиль и отказаться от насилия. Сирийский «обком» и Исмаил Хания категорически против: «Сперва пусть евреи снимут блокаду с автономии, а потом уж мы подумаем, что пообещать». До сих пор спонсоры ближневосточного мирного процесса были непреклонны: нет уж, сначала хотя бы пообещайте, если не можете сразу унять своих отморозков, а потом поговорим о финансовой помощи и политической поддержке. Однако похоже на то, что огнеупорные радикалы постепенно начинают успешно воздействовать на своих партнеров по переговорам. В России, в Европе и, отчасти, в Америке.
Насколько можно понять, Москва, не брезгующая приглашать в Кремль товарищей из ХАМАСа, обуреваема лишь одной мыслью: вернуть себе на Ближнем Востоке утраченные после развала СССР лидирующие позиции. С Израилем тут не сговоришься, Аббас миролюбив, но бессилен, поэтому имеет смысл переговариваться с отверженными. Политика России сегодня сводится к тому, чтобы выдать палестинскому кабинету некий «аванс», а там посмотреть, что получится. Сей аванс в денежном исчислении должны, разумеется, взять на себя американцы и европейцы.
В Европе тоже происходят определенные подвижки в этом направлении. Так, норвежский МИД выражает осторожное ликование в связи с формированием палестинского правительства. Сам глава этого МИДа Йонас Гар Стере сообщает о возобновлении политических и экономических отношений с Газой, называет создание кабинета народного единства «историческим событием» и даже призывает «другие страны к пересмотру подхода к Палестине».
Ну, это норвежцы. Организаторы и вдохновители мирного процесса в Осло, коспонсоры Нобелевской премии... их можно понять. Однако одновременно с ними свое приветствие палестинским объединителям прислали и англичане. Правда, британские дипломаты дали понять, что будут по-прежнему воздерживаться от встреч с членами ХАМАСа – то есть привычно идти в фарватере американской политики. Схожую позицию занимают и французы; впрочем, более мягкую по отношению к палестинским радикалам.
Бойкот до полной победы
Свою радость в связи с успешным завершением госадминистрирования в Газе высказал и Европейский Союз. В распространенном МИД Германии, председательствующей в ЕС, заявлении выражена готовность к сотрудничеству и возобновлению помощи «легитимному палестинскому правительству». Но пока эта помощь, подобно американской, будет осуществляться «в обход правительства». До тех пор «пока этого потребуют финансовая ситуация и... не будет установлена более стабильная система оказания помощи».
Все это звучит крайне невнятно, но суть ясна. Европейцы не готовы поддерживать ХАМАС и официально направлять средства в поддержку группировки, не признающей Израиль и не собирающейся отказываться от насилия в бесконечной борьбе с ним. Пока – не готовы. Хотя в той же Германии уже всё громче звучат призывы «прекратить бойкот многострадальной Палестины». В общем тренд понятен: уставшие от безысходной войны за мир члены «квартета» и примыкающие к ним европейские правительства психологически уже созрели для полноценного общения с теми, кто реально правит в Палестине. А правит там ХАМАС, какую бы личную точку зрения не имел на этот счет глава МИД ПА.
Израильтяне решительно протестуют против «реабилитации» радикалов. Как уже не раз заявлял Эхуд Ольмерт, международное сообщество не должно увлекаться самообманом в связи с формированием палестинского правительства. Поэтому бойкот должен продолжаться – до тех пор пока все палестинские элиты, лидеры ХАМАСа в первую очередь, внятно и однозначно не выскажутся против террора и официально не признают Государство Израиль. По словам израильского премьера, правительство, отвергающее принципы «ближневосточного квартета», должно быть изолировано.
Так ли на самом деле думает Эхуд Ольмерт – вопрос отдельный. Можно предположить, что в поисках мира для своей страны израильский премьер готов встречаться с кем угодно – хоть с Ханией, хоть с Машаалем, лишь бы от этих встреч был толк. Более того: в отличие от бессмысленных диалогов с Махмудом Аббасом, здесь, на этих переговорах с реальными властями Палестины, можно было бы продвинуться к миру гораздо больше, если бы у лидеров ХАМАСа имелась добрая воля к такому продвижению. Беда, однако, в том, что ни малейших гарантий мира такая «капитуляция» Израиля не дает.
Скорее наоборот: почувствовав силу, принудив соседей к диалогу, лидеры ХАМАСа с легкостью отодвинут от власти своего президента и станут единственными участниками переговоров. Требования же их останутся прежними: сначала деньги, потом изгнание соседей к границам 1967 г., затем шумное празднование «победы над сионистским агрессором»… И никаких обещаний признать Израиль. И никаких разговоров о прекращении «вооруженной борьбы». Напротив, Исмаил Хания постоянно твердит о праве палестинцев на сопротивление, заставляя американский Госдеп в очередной раз высказывать «тревогу и разочарование» подобными заявлениями. Всё то же самое он будет говорить и завтра. Даже если Израиль согласится на качественные уступки и выгодные палестинцам соглашения.
Тем более что повод всегда найдется. Заключительными пунктами в мертвой «Дорожной карте» записаны вопросы о возвращении палестинских беженцев и о статусе Иерусалима. А договориться об этом невозможно. Ибо, оставляя в стороне мораль и международное право, следует отметить, что оба этих пункта, соответствующих известным резолюциям ООН, невыполнимы в силу своей полнейшей несовместимости с существованием Государства Израиль. Об этом с самого начала заявлял еще Шарон; об этом и без его заявлений точно знали и Арафат, и Аббас, и «неуправляемые» лидеры террористических группировок, чья неуправляемость ограничивается лишь управляемыми снарядами с боевых вертолетов. К сожалению, с тех пор ситуация если и изменилась, то только к худшему.
Это знают в Тель-Авиве и в Иерусалиме, в Газе и в Брюсселе, в Вашингтоне, Лондоне и Москве. Поэтому война, то затихая, то взрываясь, продолжается на этой несчастной Святой земле. Поэтому ничто не имеет особого значения: ни блокада Палестины, ни переговоры с ХАМАСом. А что касается денег для палестинского правительства, то центральным вопросом остается такой: куда пойдут эти деньги? Ответ слишком известен.