Чья полиция нас бережет?

Среди стражей порядка – неонацисты и антисемиты

Всё началось с обычных приписок. По официальному заявлению руководства полицейского управления Франкфурта, имелись подозрения, что трое полицейских из специального охранного подразделения D560 личной охраны предъявляли к оплате завышенные счета за охрану знаменитостей, приписывая сверхурочные часы и затраты. Было это в конце лета 2005 г. Кого сопровождали подозреваемые полицейские, не сообщалось. Да это и не играло никакой роли. Всё изменилось уже через год: при изучении этого дела следственная группа Управления уголовной полиции земли Гессен наткнулась на другие подозрительные факты. Существовали косвенные улики того, что подозреваемые полицейские неравнодушны к правоэкстремистским идеям. Неонаци в полиции – это уже само по себе повод для скандала. Но оказалось, это лишь вершина айсберга.

История получила широкую огласку почти год спустя после возникновения первых подозрений. Неизвестно, стала бы она достоянием общественности, если бы в середине марта газета Bild не вышла с огромным заголовком «Нацистский скандал у Мишеля Фридмана». Оказалось, охранники-неонацисты были приставлены к одному из самых известных и «неудобных» членов еврейского сообщества Германии – Мишелю Фридману. Тогда делом уже занималась прокуратура Франкфурта. Правда, к тому времени два дела были уже закрыты без уголовно-правовых последствий для подозреваемых.

Мишель Фридман был в 2001–2003 гг. вице-президентом Центрального совета евреев в Германии. В середине 2003 г. в связи со скандалом, связанным с его именем, он подал в отставку. С тех пор Мишель Фридман живет во Франкфурте, занимается адвокатской практикой, а параллельно ведет передачи на телевидении и занимается журналистикой. Последней его работой был репортаж о праворадикальной национал-демократической партии Германии для журнала Vanity Fair. При сборе материалов для этой статьи Фридмана также всегда сопровождали несколько телохранителей.

О правоэкстремистских взглядах одного из подозреваемых Фридман узнал год назад от следователя. Остальные подробности этого дела ему стали известны только недавно от корреспондентов газеты Bild. Например то, что у его бывших телохранителей были весьма сомнительные примеры для подражания. По сведениям прокуратуры, один из подозреваемых, 26-летний полицейский, давно отстраненный от службы, был сфотографирован сослуживцем в мундире с эсэсовскими нашивками. Кроме того, этот полицейский изготовил для другого сотрудника самодельную грамоту, «украшенную» свастикой, в которой значилось: «Именем фюрера. Знак отличия за службу в „полке М. Ф.“». (инициалы Мишеля Фридмана. – Прим. ред.). Правда, по словам следователей, фотографию и грамоту телохранитель показывал только «в узком кругу» сослуживцев. Поэтому состав преступления «в целях пропаганды» здесь отсутствовал и в конце октября дело было закрыто.

А несколькими месяцами позже было закрыто дело другого, 32-летнего полицейского – того самого, который сделал эту фотографию. Кроме того, на его компьютере было найдено семь песен нацистского содержания, в том числе и в исполнении группы Landser, которую в мае 2005 г. Федеральный верховный суд объявил преступным объединением. В этом случае прокуратура также закрыла дело за «незначительностью вины». Пока еще ведется следствие против 43-летнего работника полиции, на компьютере которого нашли песню Хорста Весселя – запрещенный гимн НСДАП.

Министерство внутренних дел федеральной земли Гессен указывает на то, что полиция сама обнаружила и расследовала происшествие, передав затем дело в прокуратуру. Представитель министерства особо подчеркнул: «Полиции нечего скрывать». Почему тогда эти случаи стали известны только сейчас? «А это уж находится в компетенции прокуратуры», – пояснил он. Кроме того, никто из полицейских, замешанных в в этом деле, на сегодняшний день уже не задействован в личной охране. Все трое «переведены в другие отделы».

Мишель Фридман высказал удивление тем, как велось следствие: одно дело прокуратура быстро закрыла, другое, наоборот, слишком затягивала. Но прокуратура эту критику отвергла. Томас Бехтель, прокурор федеральной земли Гессен, заявил, что при расследовании этого дела прокуратура использовала те же критерии, что и в любом другом.

Почему же, несмотря на строгие требования к благонадежности, предъявляемые к работникам охранного подразделения, никто не заметил столь ярко выраженной симпатии сотрудников полиции к правым радикалам? Специальное обучение будущие телохранители проходят в полицейской школе в Висбадене. Там основательно проверяют не только состояние их здоровья, но и их мировоззрение. Кроме этого, как заявил представитель полиции Манфред Файст, регулярно проводятся курсы переподготовки. Но в случае с Мишелем Фридманом этот механизм явно не сработал. Файст утверждает, что полиция Франкфурта никогда ранее не имела аналогичных проблем. А вот один из обвиняемых телохранителей, по сведениям газеты Bild, пригрозил, что, если ему будет предъявлено обвинение, он расскажет о «„коричневых” взглядах в Управлении полиции Франкфурта».

Возможно, со временем эта история станет предметом другого скандала. Но «премьерой» она уже не станет. Здесь финансовую столицу Германии успела опередить столица политическая. В полицейской школе в Берлине целая группа будущих стражей порядка отказалась от обязательного занятия на котором должна была обсуждаться тема национал-социализма. Некоторые из будущих полицейских заявили, что им уже надоело всё время слышать о Холокосте. Сказано это было в присутствии 83-летнего Исаакa Бехара, пережившего Холокост у потерявшего всю семью в Освенциме («ЕГ» уже писала о судьбе Исаака Бехара. – Прим. ред.). В этот день он читал лекцию в полицейской школе. В течении почти 20 лет Бехар выступает в школах, в бундесвере и в полицейской школе Берлина в качестве свидетеля тех страшных событий. За свою гражданскую активность он награжден правительственными наградами и Почетным золотым крестом бундесвера.

Занятия, посвященные теме Холокоста, регулярно проводятся в полицейской школе и в бундесвере в качестве обязательной составной части программы подготовки. По словам Бехара, со случаями проявления антисемитизма ему приходилось сталкиваться и в бундесвере, но там командование всегда оперативно принимало против этого строгие меры. А в Берлине начальник городского полицейского управления Дитер Глич узнал о случившемся лишь три недели спустя, да и то случайно. Правда, тут же дал указание своим работникам незамедлительно проверить обвинения.

Берлинской полиции уже приходилось сталкиваться с проявлением ее сотрудниками антисемитизма и ксенофобии. Последним подобным случаем было освобождение от занимаемой должности в мае 2006 г. сотрудника 5-го управления полиции по подозрению в шовинизме. Месяцем раньше был уволен из полиции криминалист, обвиненный в неприязненном отношении к иностранцам. А в 2000 г. ученики полицейской школы попали на первые полосы газет в связи со своими расистскими высказываниями.

С большой степенью уверенности можно предположить, что эти факты – далеко не единственные, а антисемитские и неонацистские взгляды имеют распространение не только в Берлине или в Гамбурге. Полиция, как и армия, – всего лишь срез общества. Это правдоподобное объяснение, которое охотно используют как армейские и полицейские начальники, так и многие политики. Но это ни в коем случае не может служить оправданием. Поскольку согласиться с подобной «индульгенцией» значило бы поставить крест на существовании правового государства, одной из главных обязанностей которого является обеспечение законности и безопасности для всех его граждан – независимо от их вероисповедания или цвета кожи.

Марк ГРИНБЕРГ