В живых остались единицы

Книга памяти мюнхенской общины

20 ноября 1941 г. от платформы Гютербанхоф в мюнхенском районе Мильбертсхофен отправился первый состав с почти тысячей депортированных евреев. Их везли в концентрационный лагерь под Каунасом. Через четыре дня всех уничтожили. После этого произошло ещё 20 депортаций в разные концентрационные лагеря. Из 12 тыс. человек, входивших в мюнхенскую общину в 1933 г., в конце войны остались в живых лишь единицы. Более десяти лет сотрудники городского архива столицы Баварии и нескольких других организаций под руководством докторов Рихарда Бауэра и Андреаса Хойслера собирали сведения об этих людях. Результатом явилось издание «Памятной книги мюнхенских евреев, 1933–1945». Первый том вышел в 2003 г., второй – в 2007-м.

«Инициатива создания такой книги памяти, – рассказывал в интервью „ЕГ”» Андреас Хойслер, – принадлежит ныне покойному доктору Симону Снопковски, президенту Союза еврейских общин Баварии. Выпуск первого тома оплатила городская сберегательная касса, второй – также был профинансирован городскими структурами. Но поисковая работа не прекращается. Опубликованные данные будут дополняться по мере сбора новых сведений».

На презентации этого огромного труда президент Центрального совета евреев в Германии и председатель правления мюнхенской общины Шарлотте Кноблох сказала, что она знала и помнит многих, включенных в Книгу памяти. Среди них и её бабушка Альбертина Нойланд, которая погибла в концлагере Терезиенштадт 23 июля 1942 г. «Она не хотела, чтобы я знала, что в действительности происходит, и на прощание сказала мне, что уезжает в отпуск». Сама Шарлотте Кноблох пережила Холокост только благодаря католической семье, выдавшей ее за своего внебрачного ребенка.

«С моим еврейством я впервые столкнулась, когда не смогла играть с детьми, с которыми я проводила время, – рассказывает госпожа Кноблох. – Однажды, выбежав во двор, я натолкнулась на зарешеченные ворота. Вход был закрыт. Я принялась трясти решетку. Вскоре пришла дворничиха и заявила: „Тебе здесь нечего делать – наши дети не хотят играть с еврейским ребенком“».

Католики и протестанты, живые свидетели тех лет, обнаруживают в Книге имена и фотографии внезапно исчезнувших друзей и знакомых. 83-летняя жительница Мюнхена Анна-Мария Шёнер обнаружила в ней свою школьную подругу Эрну Миттередер. «Я не спала всю ночь, – говорит Анна-Мария. – Первые дни я не могла думать ни о чем другом, кроме как о моей бедной Эрне. Вечером я зажгла свечу в её память». В школьном альбоме Анна-Мария нашла запись Эрны, датированную 27.10.1935 г.. Рядом была фотография, на которой изображен весь класс (она обошла все мюнхенские газеты). Кстати, в списках депортированных девочка Эрна с немецкой фамилией не значилась. Но она не могла расстаться с любимой мамой…

Анна-Мария никогда не думала, что еe подруга с такой баварской фамилией – еврейка. И многие годы искала еe. Сомнения охватывали и еe дядю Петера Пробста, состоявшего в родственных отношениях с семьей Миттередер. Каково же было его изумление, когда работники мюнхенского архива сообщили, что девичья фамилия матери Эрны – Леви.

Виктор Фишман