Январь

Даты, события, люди

13 января

1948 – в Минске погиб Соломон Михоэлс (Вовси), великий актер, руководитель Государственного еврейского театра (ГОСЕТ) и председатель Еврейского антифашистского комитета. Он родился в 1890 г. в Двинске (ныне Даугавпилс). Учился в хедере, где во время «пурим-шпилей» (самодеятельных спектаклей к празднику Пурим) увлекся театром. Затем – реальное училище в Риге, студенческие годы в Киеве и Петрограде. В 1918 г. окончательно решил стать актером, поступив в Еврейскую театральную студию Грановского (здесь взял псевдоним Михоэлс).

Студия перебралась в Москву и стала театром, а Михоэлс – ведущим актером и начинающим режиссером. В 1928 г. ГОСЕТ отправился на зарубежные гастроли, откуда Грановский не вернулся. Руководителем театра вместо «невозвращенца» был назначен Михоэлс. Он сыграл массу ролей (от короля Лира до Тевье-молочника), организовал при студии театральное училище, учил и сам учился. Незадолго перед войной ему присвоили звание народного артиста СССР. С началом войны театр эвакуировали в Ташкент.

Для того чтобы «правильно» сориентировать мировую общественность по «еврейскому вопросу», в СССР в 1942 г. создали Еврейский антифашистский комитет (ЕАК) во главе с Михоэлсом, и он отправился в США, Канаду, Мексику, Великобританию убеждать соплеменников поддержать СССР морально и материально. Со всего мира в страну потекли «еврейские» пожертвования в разных формах. Аналогичные комитеты были созданы в ряде других стран (в США такой комитет возглавил А. Эйнштейн). Когда же по окончании войны началось расследование Холокоста, Михоэлс не понял замысла вождя – не вычленять гибель евреев из общей «интернациональной» картины злодеяний нацистов. А размечтавшиеся лидеры ЕАК уже обсуждали возможность создания в Крыму автономной еврейской республики.

Между тем Сталин решил, что пора (вслед за другими высланными народами) начать «акцию» и против евреев. По его сценарию, в первом акте следовало «аккуратно» обезглавить ЕАК. Стандарт 1937 г. для Михоэлса не годился (слишком известен за рубежом). Дочь Сталина вспоминала, что слышала телефонный приказ отца: «Автомобильная катастрофа!» Реализовать «задумку» вождя было несложно. Во время поездки Михоэлса в Минск по поручению Комитета по сталинским премиям его убили, а затем инсценировали автокатастрофу и организовали торжественные похороны в Москве. Вскоре разогнали ЕАК и расстреляли бoльшую часть его руководителей. Когда же озвучили «дело врачей», населению разъяснили, что именно Михоэлс возглавлял сионистских заговорщиков. Медленно доставаемые из спецархивов уцелевшие документы позволяют постепенно восстанавливать картину этого страшного злодеяния.

15 января

1908 – в Будапеште в семье адвоката родился знаменитый физик Эдвард Теллер, с детства проявлявший большие математические способности. Его отправили учиться в Германию. Последовала учеба в Карлсруэ, Лейпциге, затем докторская диссертация под руководством Гейзенберга, стажировка в Копенгагене у Бора. Удаление нацистами евреев из германских университетов вынудило Теллера эмигрировать в США. В 1942 г. Оппенгеймер, собиравший талантливых ученых в «Манхэттенский проект», пригласил участвовать в разработке американской атомной бомбы и Теллера. Началось соревнование с бывшим научным руководителем Гейзенбергом: кто быстрее создаст бомбу – американцы или немцы?

Оппенгеймер поначалу был доволен своим «венгерским» избранником, но вскоре между ними начались трения из-за того, что Теллер постоянно отвлекался от основной задачи, так как считал уже рутинным форсируемый их командой урановый проект. Его ум будоражили термоядерные процессы, протекающие в недрах Солнца, и он проводил предварительные расчеты, чтобы понять реальные возможности создания водородной супербомбы, которая будет в тысячи раз мощнее разрабатываемой командой Оппенгеймера урановой.

Когда работы в Лас-Аламосской лаборатории близились к завершению, разведка добыла данные, что немецкая ядерная программа безнадежно буксует и вряд ли немцы смогут создать атомную бомбу. Тогда зачем же продолжать работы над американской? Всё же незадолго до капитуляции Германии были проведены в пустыне успешные испытания, а затем ученые по инициативе Сциларда обратились с письмом к президенту Трумэну, где высказали сомнение в целесообразности применения разработанного «продукта» на театре военных действий. Эдвард Теллер (один из немногих) отказался подписать это письмо, разъяснив, что, по его мнению, наиболее радикальный способ устрашить человечество огромной опасностью ядерного оружия – дать возможность воочию убедиться в ужасающих последствиях его применения. Политики и военные исходили из более приземленных реалий: пара таких бомб заставит Японию быстро капитулировать и сберегут жизни тысяч американских солдат. Последовали Хиросима, Нагасаки и послевоенное противостояние с СССР.

Физики стали покидать Лас-Аламосскую лабораторию, считая свою миссию завершенной. Но в 49-м было объявлено об испытаниях советской атомной бомбы, и вскоре под Сан-Франциско создали Ливерморскую лабораторию, где Теллеру предложили реализовать его термоядерные задумки. К 1953 г. бомба была готова, однако в августе того же года выяснилось, что в СССР разработана аналогичная бомба (позже раскроют существенный вклад в решение этой проблемы академика Сахарова). Оппенгеймеру напомнили, что он препятствовал работам над термоядом, и началось судилище.

Теллер не поддержал (хотя и не осуждал) Оппенгеймера. Оставался на крайне правом фланге американской политической жизни, ненавидел коммунистов и СССР как империю зла. Лишь после распада СССР он модифицировал свои взгляды в соответствии с новыми реалиями: двухполярный мир рухнул, превратившись в многополярный, и задача великих держав – общими силами удержать смертоносное оружие от расползания по опасным регионам. В 2003 г. в возрасте 95 лет Теллер умер. Мир по сей день осуждает «ястреба», которого не радовал титул «отца водородной бомбы»: «Термояд придумал не я, а родила природа». Один из талантливейших физиков мира понимал еще в 45-м, что научные открытия далеко не всегда используют во благо человечества и что, выпустив джина из бутылки, загнать его обратно практически невозможно.

20 января

1948 – родился Натан Щаранский, бывший советский диссидент, ставший членом израильского правительства.

Когда еврейского мальчика из Донецка зачислили студентом в Московский физтех во времена брежневского застоя, это было признанием таланта. Там, в Долгопрудном, всегда учились лишь умники, нередко настроенные на собственную частоту колебаний. Большинство об этом генетическом дефекте помалкивало, но студент Анатолий Щаранский (Натаном он стал уже в Израиле) не только не скрывал изъяна, но громко заявлял о своем понимании прав человека.

Всё же в те годы (в конце 60-х) члену институтского комитета комсомола политическая активность в разумных пределах не возбранялась. И зря. Не досмотрели. В середине 70-х он стал одним из инициаторов создания Московской группы по контролю за соблюдением Хельсинкских соглашений в области прав человека (Московской Хельсинкской группы). Там Щаранский оказался в компании с такими людьми, как Ю. Орлов, А. Амальрик, опальный генерал Григоренко. Постоянно оказывал посильную помощь академику А. Сахарову (знамени правозащитного движения), в том числе в качестве переводчика при контактах с иностранцами.

Досаждал он властям больше обычных «отказников». Те боролись лишь за право эмиграции в Израиль, а Щаранскому еще и прочие права человека подавай. Демонстрации, письма протеста, голодовки, публикации в самиздате привели к тому, что в качестве самообороны власть показала по телевидению (в январе 77-го) фильм «Скупщики душ», из которого советскому народу стало ясно, что еврейские активисты в СССР – аморальные люди, «подкупленные международным сионизмом и империализмом». В том фильме упоминался и Щаранский. Через пару месяцев его арестовали, обвинили в шпионаже и измене родине. Но орешек оказался крепким. КГБ не мог сломать Щаранского 18 месяцев. Адвоката взять не разрешили (от назначенного он отказался), и физик защищал себя на процессе сам. Ему присудили 13 лет лишения свободы, восемь из которых он провел во Владимирской и Чистопольской тюрьмах, Пермском лагере усиленного режима. И здесь Щаранский создавал массу проблем тюремному начальству вплоть до того, что его принудительно кормили в карцере.

Демонстрации протеста в защиту Щаранского по всему миру доконали даже перестройщика Горбачева, и в 1986 г., по соглашению между СССР и США, его обменяли (на знаменитом берлинском мосту Глинике) на одного из провалившихся на Западе советских разведчиков. В Израиле Щаранского встречали с почетом. Не успокоился он и на исторической родине. Создал «Сионистский форум», основал партию «Исраэль ба-Алия» (собрав под ее знамена немало советских эмигрантов). Стал депутатом Кнессета. Занимал в правительстве посты министров промышленности и торговли, внутренних дел, строительства, по делам Иерусалима. Не согласившись с планом одностороннего размежевания, предложенным Шароном, ушел в отставку. В 2006 г. вновь избран в Кнессет. А в России про Щаранского теперь крутили другое кино («Они выбирали свободу»), и в Кремле его принимал сам В. В. Путин. Здоровья Вам, Натан (Анатолий Борисович), и так держать!

22 января

1911 – будущий канцлер Австрии Бруно Крайский родился в Вене, в семье богатого еврея-монархиста, не ожидавшего, что сын уже к 14 годам примкнет к кружку социалистической молодежи. Бруно окончил университет, стал юристом. После аншлюса Австрии (в марте 1938 г.) был арестован, но через шесть месяцев его освободили, и он эмигрировал в Швецию. Там подружился с Вилли Брандтом и другими активистами Социалистического интернационала. Женился на Вере Фюрт, дочери крупного шведского предпринимателя, выходца из Австрии. Занялся журналистикой. После войны помогал налаживать австрийско-шведские связи. В 1951 г. вернулся на родину и боролся за нейтралитет страны. Крайского пригласили статс-секретарем в МИД. Позже он стал министром, вел переговоры с Хрущевым и Кеннеди, Аденауэром и де Голлем. Пытался сделать Социалистический интернационал важной политической силой Европы (долгие годы был его вице-председателем).

Министр иностранных дел Австрии не шел на поводу у «голоса крови». По важным вопросам был не согласен даже с Бен-Гурионом и Голдой Меир, считая, что израильские лидеры мало учитывают интересы палестинских соседей. Голда Меир, в связи с пропалестинской позицией Крайского, однажды даже назвала его «антисемитствующим евреем». В 1967 г. Крайского избрали председателем австрийской Соцпартии, а через три года (после победы социалистов на выборах) он на 13 лет занял кресло федерального канцлера (главы правительства).

На этом посту Крайский заслужил уважение и симпатии сограждан. Твердо придерживаясь демократических позиций, ратовал за нейтралитет страны и права человека. Летом 1983 г. обратился к Андропову с ходатайством об освобождении правозащитника Юрия Орлова (первого руководителя Московской Хельсинкской группы), надеясь приютить того в Австрии. Андропов даже не ответил. Уйдя в 1983 г. в отставку, Крайский продолжал активно трудиться на общественном поприще, а в 1990 г. Вена проводила в последний путь человека, которого сограждане почтительно называли «великим австрийцем».

26 января

1891 – в Киеве родился писатель Илья Эренбург. С 5 лет жил в Москве. Учился в одной гимназии с Н. И. Бухариным, откуда Эренбурга выгнали за связь с революционерами. Попал в тюрьму, бежал в Париж, в 1917 г. был обласкан Керенским. Октябрьский переворот не принял. Уехал в Киев, где пережил еврейский погром 1918 г. Снова в Москве (работа в сфере просвещения детей) и очередной отъезд на Запад. Три года в Берлине. Роман «Хулио Хуренито» понравился Ленину, некоторые рассказы – Сталину. Эренбург надолго обосновался в Париже. Очередной роман о приключениях портного из Гомеля критики назвали «еврейским Швейком».

В 1932 г. Эренбурга назначили зарубежным корреспондентом «Известий». Он вел репортажи из воюющей Испании. После поражения республиканцев – снова в Париже, откуда в 1940 г. лишь с помощью советского посольства смог вернуться в Москву и засесть за роман «Падение Парижа». Эренбург столь яростно бичевал нацистов, что в короткий период предвоенной дружбы с Гитлером его перестали публиковать.

С началом Великой Отечественной публицистика Эренбурга становится одной из самых востребованных. Он пишет очерки, памфлеты, листовки. Одну из листовок – «Убей немца!» – российские немцы не могут ему простить по сей день. Эренбург имел в виду нацистов, но образ врага по обе стороны фронта традиционно упрощали до «русского Ивана» или «немецкого Фрица».

С 1942 г. Эренбург был членом Еврейского антифашистского комитета (ЕАК). В 45-м публиковал репортажи с Нюрнбергского процесса, получал Сталинские премии, стал вице-президентом Всемирного совета мира. В годы довоенных (когда судили Бухарина) и послевоенных (когда расстреляли руководство ЕАК) процессов над ним простиралась защитная длань Сталина. И всё же «стукачом» Эренбург не был. Лишь видел и молчал (иначе бы уничтожили), а когда не желал ставить подпись под очередным коллективным доносом «группы еврейской интеллигенции», писал личные письма Сталину, прося «совета», и – что удивительно – Сталин письма читал и писателя не трогал. Более того, вскоре после официального сообщения о «деле врачей» ему вручили в Кремле Сталинскую премию мира.

После смерти тирана Эренбург одним из первых осознал перемены, и его повесть «Оттепель» дала название целому периоду в жизни страны, связанному с хрущевскими послаблениями. По поводу «Оттепели» началась бурная полемика. Масла в огонь подлили его «Французские тетради» и «Перечитывая Чехова». Затем Эренбург погрузился в книгу воспоминаний «Люди, годы, жизнь» и стал, по сути, опальным защитником советских евреев, от которых получал тысячи писем. Он умер в 1967 г., и власти, опасаясь, что его похороны перерастут в мощную демонстрацию протеста, организовали сие мероприятие в глубокой тайне от общественности.

Книги Эренбурга востребованы и поныне. У него масса поклонников и недоброжелателей. Среди последних немало евреев, не простивших Эренбургу его писем Сталину по «еврейскому вопросу»: единственное решение – полная ассимиляция, а «еврейского народа» в СССР просто не существует. И всё же талантливого писателя, пересекавшегося со многими выдающимися людьми, вспоминают как одного из самых ярких носителей либеральных тенденций в советской литературе и искусстве.

27 января

1945 – освобожден концлагерь Аушвиц (Освенцим), над воротами которого был вывешен циничный лозунг «Arbeit macht frei» («Труд делает свободным»). Свободными от жизни в годы Второй мировой войны там сделали более миллиона заключенных, среди которых преобладали евреи. Военных преступников вылавливают по сей день (свершенное не прощают за сроком давности). Не проходит чувство вины за отцов, дедов и у немцев, никакого отношения к Холокосту не имевших. Нация по сей день не может понять, почему она столь покорно капитулировала перед Гитлером, своего ярого антисемитизма никогда не скрывавшим. Но, как говорят, в семье не без урода. Находятся сегодня «исследователи», доказывающие, что Холокост – сионистская выдумка – и что число погибших во время той войны евреев отнюдь не превышает жертвы других европейских народов. В ряде стран (например, в Австрии) таких «исследователей» преследуют по закону. Однозначную позицию по поводу Холокоста занимают правительства многих других стран. Однако есть и «несогласные», особенно нынешний президент Ирана Ахмадинеджад. К 60-летию события (в 2005 г.) почтить память замученных в Освенциме туда приезжали руководители более 40 стран, представители общественных организаций, немногие выжившие из бывших узников, родственники погибших. Накануне того юбилея ООН объявила 27 января Международным днем памяти жертв Холокоста.

Страницу подготовил

Феликс ГИМЕЛЬФАРБ