Недельные чтения Торы

Мы пойдем другим путем…

Суббота, 1 декабря 2007 г. –
21 кислева 5768 г.
Книга «Берешит» («В начале»)
Недельный раздел «Ваишев»
(«И поселился…»)

«И поселился Яаков в стране проживания отца своего, в стране Кнаан» («Берешит» 37,1). Полтора месяца назад, читая главу «Лех леха» мы говорили о том, что Творец прекратил попытки исправить все человечество сразу, убедился, что индивидуальный пример или пример праведной семьи мало действенен и начал создание народа, который станет примером праведности.

Яаков – третий из отцов-основателей. Он «поселился» там, где его отцы только «проживали». Он считает, что эксперимент Всевышнего вступил в завершающую стадию, пришла эпоха реализации предназначения: создать народ Израиля, заселить Эрец Исраэль, построить Бейт А Микдаш (Храм) и сформировать общество – пример народам мира, а пора передачи наследования по избранной линии (Ицхак, а не Ишмаэль, Яаков, а не Эйсав) завершилась, и все его 12 сыновей наследуют ему и образуют всю полноту и многообразие народа Израиля. Конечно, кто-то должен быть главным. Как уже бывало, это не старший, не первенец: «А Исраэль любил Йосефа из всех сыновей своих, потому что сын старости он у него, и сделал ему кутонет полосатый» («Берешит» 37,3). Полосатый кутонет – одежда принцев, символ того, что именно Йосеф наследует Яакову.

Сам Йосеф думает иначе. Он, вероятно, считает, что отбор среди братьев еще не закончен, народ не создан. Так же как были отсеяны Ишмаэль и Эйсав, отсеются его братья, а он сам станет четвертым Отцом нации. Сыновья служанок в семье на вторых ролях, второй сын Рахели, Биньямин, еще очень мал и конкуренцию Йосефу составляют сыновья Леи: «И приносил Йосеф дурную славу о них отцу их» («Берешит» 37,2). Йосеф встречает естественную неприязнь братьев к любимчику-выскочке, который незаконно отбирает права у старших: «И увидели братья его, что его полюбил отец их из всех братьев его, и возненавидели его, и не могли говорить с ним к миру» («Берешит» 37,4).

Но корень разногласий – глубже. Йосеф принципиально расходится с братьями во взглядах на пути будущего преобразования мира: «И увидел Йосеф сон, и рассказал братьям своим, и добавили еще ненавидеть его… И вот мы вяжем снопы посреди поля, и вот встал сноп мой, а также установился, и вот окружили снопы ваши и распластались перед снопом моим» («Берешит» 37, 5-7).

Содержание сна не имеет отношения к реальности: в семье Яакова нет хлебопашцев. Сон имеет пророческий смысл: в нем отражено то, чем братья должны будут заниматься, по мнению Йосефа. Они будут делать то, что не является необходимым для содержания семьи. Это работа для народов мира, причем этой работой будет командовать Йосеф. Он не обсуждает и не предлагает, а ставит братьев перед фактом.

Отрицательная реакция братьев естественна. Их ненависть приобретает два новых аспекта: за содержание снов и за форму их изложения («за слова его»). Второй аспект уточняет идеи Йосефа: работой, содержание которой определено в первом сне, семья будет заниматься в галуте – изгнании. Солнце, луна и звезды никогда не видны на небе одновременно, поэтому сон описывает переход от дня, где есть солнце, через вечер, когда встречаются солнце и луна, к ночи, когда видны звезды. В еврейской символике день это геула – освобождение, Эрец Исраэль, а ночь это галут – изгнание.

Второй сон, в отличие от первого, касается и отца. В этом сне есть солнце и луна. На первый взгляд, это отец и мать – Яаков и Рахель. Но Рахель умерла. Поэтому солнце и луна – это сам отец в двух качествах: Исраэль и Яаков. Когда Исраэль в своей земле, он – солнце, то есть влияет на всех, когда Яаков в галуте, он – луна, то есть отражает чужой свет. Выговор отца – лишь попытка успокоить братьев. Сам он понял пророческий смысл сна и ожидает его реализации.

Спор Йосефа и братьев его – спор о реализации цели существования нашего народа – начинается вновь и вновь. Йосеф в Египте, еврей Зюсс в Германии, Ротшильд в Париже и Сорос в США демонстрируют один путь. Иегуда, Моше, Иегошуа, Герцль, создание государства Израиль и превращение его в крупнейшую, единственную непрерывно растущую еврейскую общину мира – другой путь. А выбор всегда индивидуален.

Найди десять отличий!

Суббота, 8 декабря 2007 г. –
28 кислева 5768 г.
Книга «Берешит» («В начале»)
Недельный раздел «Микец»
(«К концу…»)

Пророческие сны видел Йосеф, видели министры фараона, теперь их видит фараон: «И Паро видит сон и вот стоит над рекой. И вот из реки поднимаются семь коров, красивых видом и тучных плотью, и паслись в тростнике. И вот семь коров других поднимаются за ними из реки, плохих видом и тощих плотью, и встали около коров на берегу реки. И съели коровы, плохие видом и тощие плотью, семь коров, красивых видом и тучных, и проснулся Паро» («Берешит» 41, 2-4).

Увиденное фараон пересказывает Йосефу, но пересказ не совпадает с описанием.

Река в Египте – это Нил, египетское божество, яркое выражение природной силы. Творец, посылая сон фараону, унижает это божество, но фараон не может представить себе человека над природой. Он порабощен ею, как и вся египетская цивилизация: «И говорил Паро Йосефу: «Во сне моём вот я стою на берегу реки» («Берешит» 41,17).

Грубая египетская материальность не признает, как можно «красоту вида», качество духовное, ставить выше материальной «тучной плоти»: «И вот из реки поднимаются семь коров, тучных плотью и красивых видом, и паслись в тростнике («Берешит» 41,18).

Если в двух первых сценах сна фараон подсознательно не соглашается, протестует, то дальше он пугается: «И вот семь коров других поднимаются за ними, худосочных и плохих видом очень и тощих плотью, не видел я таких во всей стране Египет по худобе!» («Берешит» 41,19). Два эпитета («худосочных», «плохих…очень») и всплеск эмоций («не видел я таких!..»), который не дает фараону понять, что и тучные, и тощие «коровы», стоящие рядом на берегу, – последовательные состояния Египта. Снова инверсия: во сне «плохие» едят «красивых», а фараон воспринимает их только как «тощих» и «тучных»: «И съели коровы тощие и плохие семь коров первых тучных. И вошли внутрь их, и незаметно было, что вошли внутрь их, и вид их плох, как вначале. И я проснулся» («Берешит» 41, 20–21). Уточнение, которое отсутствовало в первом описании сна – обильная еда не улучшает состояние тощих коров.

«И заснул, и увидел сон второй раз, и вот семь колосьев поднимаются на стебле одном, тучные и хорошие. И вот семь колосьев, тощих и опалённых восточным ветром, растут за ними. И поглотили колосья тощие семь колосьев тучных и полных, и проснулся Паро, и вот сон» («Берешит» 41, 5–7).

Рассказ фараона об этом: «И увидел я во сне моём: и вот семь колосьев поднимаются на стебле одном, полные и хорошие. И вот семь колосьев засохших, тощих, опалённых восточным ветром, растут за ними. И поглотили колосья тощие семь колосьев хороших» («Берешит» 41, 22–23), почти соответствует сну, только он усиливает картину, добавляя еще один эпитет («засохших»). Именно это пугает фараона: он не может понять, как такое может быть в Египте?

Схема снов фараона выглядит так: «и Паро видит сон» – история о коровах – «и проснулся Паро»; затем «и заснул, и увидел сон второй раз» – история о колосьях – «и проснулся Паро». Но в своем рассказе он засыпает и просыпается один раз и обе истории даны как два эпизода одного сна, который тревожит фараона и наяву: «и вот сон», «и сказал я хартумам (колдунам, гадателям), и нет разъясняющего мне» («Берешит» 41, 24). Египетская цивилизация не живет во времени. Жизнь для них – это вечное движение по кругу: восход и заход солнца, смена сезонов года, подъем и спад уровня Нила, рождение и смерть – ничего не меняется, нет вектора времени и поэтому оба сна фараона сливаются в один. Он пропускает период бодрствования, он живет, как во сне. Первая заповедь, которую получает еврейский народ, выходя из Египта (книга «Шмот») – заповедь календаря, заповедь счета времени («этот месяц пусть будет для вас началом месяцев»). И книга «Берешит» начинается с сотворения начала времени. У нашего времени есть начало, есть направление, есть Цель и ради Цели живет еврейский народ.

У царедворца труд

нелегок…

Суббота, 15 декабря 2007 г. –
29 хешвана 5768 г.
Книга «Берешит» («В начале»)
Недельный раздел «Ваигаш»
(«И подошел...»)

Для Йосефа спасение Египта от голода только инструмент для последующей перестройки мира. В выполнении этой грандиозной задачи Яаков и братья могут помешать и Йосеф хочет, обеспечив семье нормальное существование, убрать их подальше и от себя, и от дворца фараона – политического центра Египта. Для этого он создает первое в истории еврейского народа гетто (отдельное место компактного проживания евреев внутри иной цивилизации) в земле Гошен.

«И пришёл Йосеф, и рассказал Паро, и сказал: „Отец мой и братья мои, и мелкий скот их, и крупный скот их, и всё, что у них пришло из страны Кнаан, и вот они в стране Гошен“. И с края братьев своих взял пять мужей и представил их пред Паро. И спросил Паро братьям его: „Каковы занятия ваши?“ И сказали Паро: „Пастухи мелкого скота, рабы твои и мы, и отцы наши“. И сказали Паро: „Пожить в стране пришли мы, потому что нет пастбища для мелкого скота, который у рабов твоих, потому что тяжёл голод в стране Кнаан, а сейчас поселятся, пожалуйста, рабы твои в стране Гошен“» («Берешит» 47, 1–4).

Для аудиенции у Паро Йосеф отбирает тех, кто выполнит его указания. Это «край братьев» – сыновья служанок и Биньямин. Отобранные братья пунктуально выполняют инструкцию Йосефа, не говоря фараону ничего лишнего и просят о временном проживании.

Фараон, не отвечая братьям, обращает внимание Йосефа на то, что:

– в Египет пришли не просто странники, а близкие Йосефа, премьер-министра;

– они пришли не просто в Египет, а именно к Йосефу;

– этикет требует поселить их рядом с дворцом Йосефа, в столице или, в крайнем случае, в наиболее плодородной части страны.

«И сказал Паро Йосефу, сказав: „Отец твой и братья твои пришли к тебе! Страна Египет перед тобою она. В лучшей земле посели отца твоего и братьев твоих“… „Пусть поселятся в стране Гошен и, если знал ты и есть среди них мужи способные, и поставишь их начальниками скота, который у меня“» («Берешит» 47, 5–6).

Пауза посередине речи Паро показывает, что тут пропущена фраза Йосефа, обращённая к Паро, примерно такая: «Но они пастухи, и земля Гошен с её пастбищами для них самое привлекательное место». И фараон соглашается.

Яакова Йосеф приводит отдельно от братьев, чтобы они не спровоцировали ненужные разговоры: «И привёл Йосеф Яакова, отца своего, и поставил его перед Паро, и благословил Яаков Паро» («Берешит» 47, 7). Йосеф строит сцену как режиссер: проинструктировал, «привёл», «поставил».

Фараон знает, что Йосеф делал все (разгадывал сны, расследовал преступления, управлял Египтом, вел международную торговлю и т.д.), в соответствии с пророчествами от Ашем. А теперь перед ним – Яаков, патриарх, отец Йосефа, пророк Ашем в этом поколении. Происходит невероятное: Паро (очевидно, встав с трона!) выслушивает не просьбу, не приветствие, а благословение Яакова!

Можно было ожидать, что сейчас фараон заведет с Яаковом разговор о пророчествах, о будущем Египта. Идет только третий голодный год. Пока зерно есть, но что впереди? Но «…сказал Паро Яакову: „Сколько дней лет жизни твоей?“» («Берешит» 47, 8). Вопрос выглядит нелогично, если не предположить, что Йосеф подготовил встречу, проинструктировав отца и предупредив фараона, что отец очень стар и уже отошёл от дел. Йосефу не нужна конкуренция для его программы перестройки. Поэтому, получив благословение, фараон не задает серьёзных метафизических вопросов, а произносит светски вежливую фразу.

План Йосефа блестяще удался. «И поселился Исраэль в стране Египет, в стране Гошен, и овладели ею, и плодились, и размножались очень» («Берешит» 47, 27). Но хотели, как лучше, а получилось, что потомки Исраэля уже не проживают, а укореняются на чужбине. Египет уже не временное убежище в период голода, а постоянное место обеспеченного и комфортабельного существования. А дальше? Дальше рабство, ассимиляция, исчезновение, гибель. Конечно, все происходит постепенно, почти незаметно, но неотвратимо. Только пятая часть евреев смогла выйти из Египта. В Персии, Испании, Германии, России – везде повторялся египетский сюжет, как только мы пытались забыть о том, что есть на свете Страна.

Не навсегда!

Суббота, 22 декабря 2007 г. –
13 тевета 5768 г.
Книга «Берешит» («В начале»)
Недельный раздел «Ваиехи»
(«И жил…»)

«И жил Яаков в стране Египет семнадцать лет… И приблизились дни Исраэля умереть, и позвал сына своего, Йосефа, и сказал ему: „Если нашел я милость в глазах твоих, положи руку свою под бедро мое и сделай со мной милосердие и правду: не хорони меня в Египте!“» («Берешит», 47: 28–29). Два имени нашего праотца соответствуют двум его состояниям – галутный, униженный Яаков и гордый, укрепленный в своей Стране – Исраэль. «…жил Яаков» – означает, что национальная составляющая почти исчезла. Все годы жизни Яакова не отличались спокойствием: борьба с Эсавом, борьба с Лаваном, борьба с посланцем Всевышнего – малахом, конфликты в собственной семье. Сейчас, на пороге смерти, память о национальном достоинстве заставляет Исраэля (а не Яакова!) начать новую борьбу за возвращение своих дальних потомков в Эрец Исраэль.

Гробницы предков – сильнейший фактор, привязывающий человека к родной земле. Яаков просит Йосефа похоронить его не в Египте, а рядом с праотцами, в Хевроне, в Эрец Исраэль. Он надеется, что это может стать достаточным стимулом для потомков одиннадцати его сыновей, но не для главного идеолога и архитектора галута, и начинает операцию по возвращению если не самого Йосефа, то хотя бы его потомства, в семью и в Эрец Исраэль. Он напоминает ему семейную историю. «И сказал Яаков Йосефу…» о том, что Всевышний открылся ему именно в Эрец Исраэль, в Лузе. «И сказал мне: „Вот, Я делаю тебя плодовитым, и умножу тебя, и дам тебя сообществом народов, и дам страну эту потомству твоему за тобой, владением вечным“» («Берешит», 48: 4). Потомство связано со Страной, поэтому твои дети пойдут моим путем: «… два сына твоих, рожденных у тебя в стране Египет до прихода моего к тебе в Египет, мне они: Эфраим и Менаше» («Берешит», 48: 5). Утверждая свое право на детей, Яаков меняет их очередность. Старший, Менаше, назван вторым.

Продолжается урок семейной истории. Яаков напоминает Йосефу, что его мать в Эрец Исраэль: «… и я похоронил ее там, по дороге в Эфрат, он – Бейт-Лэхэм» («Берешит» 48, 7). Следует вопрос, на первый взгляд риторический: «И увидел Исраэль сыновей Йосефа, и сказал: „Кто эти?“» («Берешит» 48, 8). Эфраим и Менаше постоянно общались с дедушкой, и смысл вопроса, конечно, не определение личности, а определение статуса. Но возражает «…Йосеф отцу своему: „Сыновья мои они, которых дал мне Элохим здесь“». Исраэль продолжает: «И сказал: „Возьми их, пожалуйста, ко мне, и я благословлю их“» («Берешит» 48, 9). Вся сцена напоминает историю с благословением Ицхака: слабость физического зрения не мешает Яакову отлично разбираться в происходящем. Яаков как бы говорит Йосефу: «Ты отказываешься признать, что Эфраим и Менаше мои? Хорошо! Начнем по-другому. Да, физически это твои сыновья („вот, показал мне Элохим также потомство твое“), но благословлю их я!» Теперь Йосеф подводит сыновей для благословения, естественно, направляя первенца Менаше к правой руке деда, но Исраэль меняет руки. Первым должен быть Эфраим («плодовитость», исходящая от Яакова). Менаше («предающий забвению») – второй. Это благословение однозначно отбирает детей у Йосефа и направляет их потомство в Эрец Исраэль. «Малах, избавляющий меня от всякого зла, благословит юношей! И назовется в них имя мое и имя отцов моих, Авраама и Ицхака! И расплодятся, как рыбы по множеству, в среде Страны!» («Берешит», 47: 16).

Йосеф пытается силой заставить отца раздать благословения по старшинству. Дипломатические разговоры переходят в бунт. На открытое возмущение Йосефа отец отвечает четко и прямо: «Я знаю, что делаю. Ты можешь ассимилироваться и оставаться в Египте, но детей я возвращаю в семью и в Страну». «Потомство его будет полно народами» – колено Эфраима будет выполнять функцию собирания искр святости со всех народов мира, делая это в Эрец Исраэль. Яаков заканчивает спор, постановляя, что на протяжении всей истории Израиля сыновей будут благословлять в таком порядке. «Знай, что вся наша семья вернется в Эрец Исраэль! И ты вернешься в конце концов в Шхем, откуда был украден». Мы свободные люди. Мы сами выбираем себе свой Египет (Америку, Канаду, Германию или Австралию). Но раньше или позже мы или дети наших детей, забальзамированным телом или активным гражданином, обязательно вернемся в Страну… От нашего выбора зависит только одно: сделать этот путь легче и короче.

Антисионистский комитет

Суббота 29 декабря 2007 года –
20 тевета 5768 года
Книга «Шмот» («Имена»)
Недельный раздел «Шмот» («Имена»)

Моше получает указание вывести еврейский народ из Египта. «И сказал Моше Аарону все речи Ашем, Который послал его, и все знамения, которые Он повелел ему. И пошли Моше и Аарон, и собрали они всех старейшин сынов Исраэля. И изрек Аарон все речения, которые говорил Ашем Моше, и сотворил знамения на глазах у народа. И поверил народ; и услышали, что помянул Ашем сынов Исраэля и что узрел Он их муки, поклонились они и пали ниц» («Шмот» 4, 29-31). И все старейшины во главе с Моше и Аароном… нет не бросаются собирать чемоданы и навьючивать верблюдов, а отправляются к дворцу фараона, чтобы послушать мнение реальной власти. По дороге происходит еще одно чудо. Только что верил весь народ, шла толпа старейшин, но чем ближе дворец, тем меньше спутников у Моше и Аарона: у каждого находятся неотложные дела… Явиться во дворец без приглашения… Да что мне больше всех надо? И кто такой невидимый Ашем, а фараон – наш, сияющий… и живем мы более или менее, а вдруг станет хуже?.. И до конца дошли только двое. «А затем пришли Моше и Аарон и сказали Паро…» («Шмот» 5, 1), и решимость у них, оставшихся без массовой поддержки, поубавилась, и просьба уже не об эмиграции, Б-же сохрани, а только о небольшом отпуске: «И сказали они: „Элохим иврим явился нам; пойдем же мы на три дня пути в пустыню и принесем жертвы Ашем, Элохим нашему, чтобы Он не поразил нас мором или мечом“» («Шмот» 5, 3). В ответ следует резкое ухудшение условий жизни евреев в Египте. И тут на сцену выходят «надзиратели». Они искренне желали облегчить участь несчастных рабов-евреев, они готовы были страдать за своих братьев: «И терпели избиение надзиратели (из) сынов Исраэля…» («Шмот» 5, 14). В сущности, они являлись руководителями общины и представляли евреев в общении с властями.

Хорошо знакомые с «правилами игры» и с местом обитания, они не верили ни в звонки «сверху», ни в революционные перемены. Они были наподобие «рабочего (рабского) комитета», который хотел немного облегчить тяжелые условия и надеялся на лучшее. Эта «еврейская общественность» резко выступает против двух братьев: вы новички! вы авантюристы! «Да воззрит Ашем на вас и рассудит, что вы зловонным сделали дух наш для Паро и для его слуг, вложить меч в их руку, чтобы убить нас» («Шмот» 5, 21).

По сути, здесь соперничество между руководством старым, ратующим за «статус-кво», старающимся сохранить свои достижения, пусть скромные, однако достигнутые тяжким трудом, и между людьми нового типа, которые своими «чрезмерными» требованиями не только ничего не добиваются, но даже наносят ущерб достижениям прошлых лет. Позиция надзирателей казалось верной до такой степени, что даже сам Моше решил, что, возможно, они и правы. Он сетует: «Адонай! Почему Ты содеял зло этому народу, почему Ты послал меня?» («Шмот» 5, 22).

И все же надзиратели были неправы! Не бывает революционных преобразований или изменений, первые шаги которых не были бы сопряжены с потерей каких либо достижений. Всегда тот или иной фараон будет угрожать нам тем, что, если мы не станем сидеть тихо, он отменит достижения и «вы лишь проиграете от этого». Но стоит только поддаться на такие угрозы, как останемся у фараона в неволе и мы, и дети наши, и дети детей наших до конца поколений!

Мы рождены, чтобы стать свободными, а не для того, чтобы быть рабами на улучшенных условиях в Египте. Мы рождены, чтобы покорить и затем владеть всей Эрец Исраэль, в которой не будет врагов и чужих народов. А если ценой, более или менее временной, будет необходимость «собирать солому для кирпичей» и переносить удары, то это стоящая цена. Ибо мы не рождены, чтобы прозябать в «статус-кво», после того как нас поставили перед свершившимся фактом. Мы рождены, чтобы воплощать в мире волю Творца!

Полосу подготовил

Юрий ЛИНЕЦ