Начну с картинки достаточно банальной. Мы, жители Земли, планеты по космическим масштабам очень небольшой, летим с огромной скоростью в безвоздушном мраке, защищенные от немыслимых минусовых температур только крошечной, воздушной пленкой. Одно это представление, известное каждому, должно было бы, кажется, нас объединить. Заставить взяться за руки. Но почему-то не заставляет. Не беремся мы за руки. Напротив…

Пару лет назад нобелевский лауреат по физике Жорес Алфёров – кстати, еврей по матери – выступал в популярной российской программе «Линия жизни». В последние минуты выступления, уже прощаясь со зрителями, он обратил внимание на женщину средних лет, которая настойчиво тянула руку, чтобы задать вопрос. Так, будто для нее это было делом жизни или смерти.

– Ну хорошо, говорите. Только быстрее. Эфирное время на исходе.

Женщина быстро встала и взволнованно выкрикнула скороговоркой: «Есть ли Б-г?»

Жорес Иванович в изумлении развел руками, как бы показывая, насколько несоизмерим вопрос и время, оставшееся для ответа. Однако ответил. Афоризмом-бичом, ударившим по сердцам верующих: «Бог, как говорят церковники, сотворил человека, а человек сотворил Бога». Телевизионная камера в последний момент успела показать болезненно искривившееся лицо женщины. Раздались аплодисменты. Но, как мне показалось, менее дружные, чем при ответе ученого на другие вопросы. Появилось ощущение, что люди в телевизионной студии разделились. На верующих и атеистов.

Привел этот пример, потому что он помогает увидеть: вера во Всевышнего, как это ни печально, не объединяет людей, что заложено в самой ее сути, а разделяет. Именно по религиозным основаниям (неверие – тоже своего рода вера) человечество не «берется за руки», а разделилось и продолжает делиться на всё более мелкие и мелкие сегменты. Причем, противоречия между сегментами, как и между религиями в целом (вспомните 11 сентября 2001 г.), становятся всё глубже и непримиримее. Не буду говорить обо всех религиях, хотя процесс дробления захватил и христианство, и ислам, и даже буддизм. Поговорим об иудаизме. Религии, которая мне, как еврею, ближе. Которая сегодня, как это ни печально, тоже всё более дробится на части. Евреи – это не только, с одной стороны, ашкеназы и, с другой, сефарды, но и ортодоксы, ульраортодоксы, либералы, консерваторы, а с начала 1970-х – еще и реконструктивисты. И дело не только в том, что в каждом направлении действуют несколько различные ритуальные правила, но, главным образом, в том, что представители различных направлений подчас считают себя обладателями истины в последней инстанции и относятся к инакомыслящим если не с ненавистью (такое тоже встречается), то с презрением или жалостью.

Подобное видел в Магдебурге, где посещающие либеральную общину стали чуть ли не кастой «неприкасаемых», в Брауншвейге, где живу сейчас, в других городах. Высшая точка безумия, сопровождающая подобное дробление, – это, с одной стороны, секта «Наторей карта», члены которой обнимаются с Ахмадинеджадом, отрицающим Холокост, и мечтающим стереть с карты мира Израиль. С другой, – евреи, ненавидящие евреев, другими словами, самих себя. Такие тоже встречаются. От Карла Маркса, внука двух раввинов (кстати, Гитлер утверждал, что многое из своих взглядов на евреев он почерпнул из работ основателя диамата) до американских потомков Авраама Уолтера Лимпмана, положительно отзывавшегося о Гитлере. От Ноама Хомского, призывающего, как и члены «Наторей карта», к ликвидации Израиля, до, скажем, Владимира Жириновского, выступающего за «Россию для русских».

Больно смотреть на всё это. Живая ткань еврейства – небольшая, легкоранимая, несмотря на существование Израиля, разлетевшаяся по всему миру, – раны которой после Катастрофы еще продолжают кровоточить, снова и снова дробится на части. Рвется по живому. Нас на Земле всего 14 млн. У нас много врагов. У нас мало друзей. Пора остановиться. Пора начать движение навстречу друг другу. В конце концов, не так уж важно, к какому религиозному течению внутри иудаизма мы принадлежим. Даже если мы атеисты и не верим во Всевышнего, мы остаемся евреями. Уважающими родителей, предков, свою историю. Переживающими за судьбу исторической Родины.

Евреи стояли у истоков многих великих начинаний. Наш патриарх Авраам первым выдвинул идею монотеизма. Идею, которая сегодня принята всеми религиями. Так почему бы нам и сейчас не быть первыми в экуменическом движении по объединению религий? Разных религий, идущих разными путями к одному Б-гу. Может быть, это сегодня и есть главная задача времени? Но сначала давайте разберемся с собственными противоречиями. Постараемся понять друг друга. Протянем друг другу руки. Чтобы, как писал Булат Окуджава, «…не пропасть поодиночке».

Лев МАДОРСКИЙ