Словарь иудаизма

Самый древний праздник

20 апреля – первый день Пасхи

Песах, или Пасха – самый древний из еврейских праздников. Он связан с одним из важнейших событий в еврейской истории – с Исходом из египетского рабства около 3300 лет назад, в 2448 г. – по еврейскому календарю.

Праздник Песах отмечает цепь событий, вследствие которых евреи стали народом. Израильтяне пришли в Египет как одна семья – род Иакова, состоявший из семидесяти человек, а вышли как народ, насчитывавший 600 тыс. людей.

Поначалу род Иакова был радушно принят в земле Гошен (одной из провинций Египта), но когда евреев стало «слишком много», к ним были приняты особые меры. На всех жителей страны была возложена трудовая повинность, на евреев – особенно тяжелая. Дома евреев прослушивались и досматривались, новорожденных первенцев убивали (по легенде, фараону предсказали неисчислимые беды по вине еврейского первенца).
Моше (Моисей) и оказался тем самым первенцем, которому было суждено выжить и спасти свой народ. Эту историю знают все. Удивительное стечение обстоятельств спасло мальчика от неминуемой гибели от рук египтян и привело к тому, что воспитывался он во дворце фараона, но всегда ощущал себя частью своего народа. За убийство египтянина, избивавшего еврея, он был приговорен к смерти, бежал, много лет жил в странах Африки и Среднего Востока. Однажды, перегоняя стадо овец через Синайский полуостров, увидел горящий, но не сгорающий куст («неопалимая купина»). Из огня раздался голос Всевышнего, повелевающего Моисею отправиться в Египет и вывести евреев из рабства.
Назва-ние «Песах» одни исследователи трактуют как «переход»,
исход из земли Египетской, другие связывают с историей праздника. Фараон не хотел отпускать евреев, и Бог наслал на Египет десять «казней»: превращение нильской воды в кровь, появление несметного множества жаб, неодолимых полчищ вшей, диких зверей, падеж скота, язвы, гибель урожая от града и саранчи, сплошной трехдневный мрак и, наконец, гибель первенцев. Бог умертвил первенцев египтян, но пропустил («пасах» на иврите) дома израильтян. Еще «Пе-сах» толкуется как «уста говорящие», и это, конечно, соответствует тому, что главная заповедь этого праздника – говорить, рассказывать об истории Исхода.
Песах – праздник весны – символизирует пробуждение природы, обновление мира и освобождение человека. Это праздник обретения свободы и достоинства. Евреи должны были выбрать из скота, к которому они были приставлены в качестве пастухов (и который не погиб, как скот египтян), молодых агнцев, зарезать их, зажарить и съесть «с горькими травами и опресноками». Барашков, которые для египтян были священными животными, требовалось не просто съесть, но сделать это открыто, на глазах у египтян, а за несколько дней до этого необходимо было при свете дня пометить косяки дверей своих домов кровью этих баранов. А в ночь, когда в каждой семье египтян погибли первенцы, смерть обошла стороной все еврейские дома, помеченные таким образом.
Существует легенда, что перед Исходом евреи не успели заквасить тесто, поэтому напекли пресных лепешек. Правда, есть свидетельства, что пастушеский праздник опресноков отмечали еще до Моисея. Но до сих пор маца – пресные лепешки, которые полагается есть в Песах, – напоминание о хлебе, который ели евреи, спешно покидая Египет. Спешка была не напрасной. Египетская армия во главе с фараоном гналась за ними по пятам. Но на седьмой день Исхода Красное море расступилось перед евреями, а затем сомкнуло свои воды над головой египтян.
Праздник длится семь дней, с 15-го по 21-е число весеннего месяца нисана по еврейскому календарю. Песах, так же как Суккот и Шавуот, – это праздник паломничества в Иерусалим для жертвоприношений. Празднование начинается 14 нисана вечером, когда вся семья и гости, пришедшие в дом, собираются за праздничным столом и читают Пасхальную Агаду – историю Исхода евреев из Египта. Эта трапеза называется «седер» («порядок» на иврите) и является важнейшей частью праздника.
Пасхальный седер проводится в определенном, строго установленном порядке, где каждому действию отведено свое место и свое время. «В каждом поколении еврей должен смотреть на себя так, как будто он сам лично вышел из Египта». Праздничная трапеза в миллионах еврейских семей во всех странах мира на протяжении веков, с соблюдением одних и тех же обычаев – это удивительное явление, помогающее понять, как удалось евреям остаться единым народом в условиях многовекового рассеяния.
День, следующий за пасхальным седером, – это первый день праздника. Для религиозных людей – это время молитвы и отдыха, когда запрещена всякая работа. Для светских – выходной день, который принято проводить с семьей, друзьями, близкими. Далее следуют пять дней, так называемых полупраздников, когда в Израиле часть учреждений работает полдня, а часть – не работает вовсе. И завершает пасхальную неделю еще один праздничный день. Израильтяне любят отдыхать и часто используют пасхальную неделю для поездок за границу всей семьей или же для путешествий по стране, устраивая пикники в ее многочисленных живописных уголках.

Твила –

ритуальное омовение

l Вообще-то, «твила» буквально означает «окунание», «погружение». Это обряд, предназначенный для восстановления ритуальной чистоты или для тех случаев, когда необходима бóльшая ритуальная чистота, а также для освящения. Омовение не следует путать с обычным купанием. Более того, тот, кто совершает твилу, должен предварительно выкупаться. Как омовение, так и виды скверны и нечистоты, от которых оно очищает, установлены библейским законом и осмыслены законоучителями как ритуальные, а не гигиенические или магические предписания. Это явствует и из объяснения, данного нееврею рабби Иохананом бен Заккаем, «не труп загрязняет, и не вода очищает. Это веление Бога, и нам нельзя подвергать его сомнению».

Омовение характерно для большинства древних религий. В различных формах оно сохраняет свою важность также в христианстве и исламе. В иудаизме был ряд сект, придававших особенно большое значение этому ритуалу. Так, ессеи и Кумранская община настаивали на частом совершении омовения. В рамках фарисейского течения также имелась особая группа «товлей шахарит» («совершающих утренние омовения»).

В еврейской традиции существуют три типа твилы, соответствующих типу скверны: полное омовение, омовение рук и ног или только рук.

Полное омовение человека или предмета, требующего очищения, должно совершаться либо в «маим хаим» («живой воде»), то есть в воде реки (в определенных случаях), природного источника или моря, либо в микве. Человек или предмет, подлежащий омовению, должен быть физически чистым, и вода должна соприкасаться со всей поверхностью тела или вещи. По закону достаточно одной такой твилы, однако стало обычным совершать ее троекратно. Полное омовение требуется в большинстве случаев ритуальной нечистоты, установленных в Пятикнижии. Особую важность твила имела для священников, так как для участия в храмовой службе и принятия в пищу «священного» они должны были быть чисты. Во время службы в Йом-Кипур первосвященник совершал омовение пять раз. Даже сам вход в Храм был дозволен лишь тем, кто был ритуально чист. Однако среди фарисеев вошло в обычай поддерживать ритуальную чистоту всё время. Полное омовение стало также частью церемонии перехода в иудаизм.

Со времени разрушения Храма законы о поддержании ритуальной чистоты утратили практическое значение из-за отсутствия пепла рыжей коровы, необходимого для обряда очищения. С этого времени всякий еврей пребывает, в сущности, в состоянии ритуальной нечистоты. Единственный вид полной твилы, выполняемый и поныне, – омовение женщин после менструации и омовение прозелитов, так как в этих случаях не требуется пепла рыжей коровы, а очищение необходимо не только для сугубо священных целей. Омовение делает такую женщину дозволенной для мужчины, а прозелита наделяет статусом еврея.

В дополнение к случаям, упомянутым в Библии, законоучители постановили, чтобы после полового сношения (а для мужчины – после любого семяизвержения) совершалось полное омовение для восстановления ритуальной чистоты, нужной для молитвы и изучения Торы. Погружение в водопроводную воду или даже обливание девятью кавами (по различным расчетам, от 10 до 17 л) воды считалось достаточным. Это установление приписывалось Эзре, однако оно не получило всеобщего признания и впоследствии было официально отменено. Тем не менее благочестивые евреи соблюдают это установление, равно как и обычай полного омовения, перед важнейшими праздниками. Некоторые хасидские группы совершают полную твилу перед утренней молитвой и перед наступлением субботы. В некоторых общинах существовал обычай омовения тела усопшего в микве, однако многие раввины резко возражали против этого обычая на том основании, что он может оттолкнуть женщин от посещения миквы в соответствии с предписанием библейского закона. Поэтому есть отдельные миквы для усопших. Наиболее распространенный обычай – омовение усопшего девятью кавами воды.

Совершенное в подобающее время, омовение считается мицвой и может быть совершено в субботу и даже в Йом-Кипур и 9 Ава, то есть в дни, когда купание возбраняется. Всякая твила производится днем.

Законы омовения стремились соблюдать и марраны, но из-за отсутствия миквы им приходилось ограничиваться купанием. Инквизиция преследовала за выполнение этих обычаев, видя в них проявление приверженности к иудаизму.

Твила рук и ног была необходима для священников перед участием в храмовой службе. Омовение рук («нетилат ядаим») – наиболее распространенный вид омовения. Оно производится либо погружением в воду рук до запястья, либо выливанием четверти лога (по различным расчетам, от 0,09 до 0,25 л) на обе руки из широкогорлого сосуда с неповрежденным краем. Воду следует вылить на всю руку до запястья, однако омовение считается действительным, даже если смочены только пальцы до второго сустава включительно. Руки должны быть чистыми, и на них не должно быть прилипших частиц; кольца следует снять, чтобы вода могла омыть всю поверхность руки. Нельзя употреблять воду, которой уже пользовались в каких-либо целях. Вода не должна быть горячей и окрашенной. Вошло в обычай поливать каждую руку трижды. Омовение рук может совершаться и в «живой воде».

Омовение рук – раввинистическое установление, цель которого — устранить ритуальную нечистоту рук. В Библии «нетилат ядаим» упоминается лишь однажды. Согласно одной традиции, концепция ритуальной нечистоты рук и, соответственно, их омовение – установление царя Соломона, согласно другим – учеников рабби Гилеля и рабби Шамая. Предполагается, что этот обычай восходит к омовению рук, которое совершали священники перед тем, как приступить к принятию священной пищи.

Ритуальное омовение рук, соблюдаемое в наши дни, совершается перед принятием в пищу хлеба, а также другой пищи, которую едят руками, если на ней есть следы определенных жидкостей (но в последнем случае – без бенедикции). Согласно раввинистическим авторитетам, омовение рук после трапезы перед произнесением благодарственной молитвы не менее важно. Существует и рационалистическое объяснение этого – необходимость удалить соль, которая может пристать к рукам и причинить затем вред глазам. Возможно, что этот обряд происходит от существовавшего в то время римского застольного обычая.

Начиная со средних веков левиты омывают руки кохенам перед совершением последними благословения («биркат-коханим»), поэтому сосуд для омовения рук стал геральдическим символом левитов и часто изображается на их надгробиях. Омовение рук требуется и во многих других случаях, иногда – по гигиеническим соображениям, иногда – вследствие предрассудков. Список случаев, когда следует производить омовение рук, был составлен в XIII в. Шимшоном бен Цадоком. Там упоминается омовение рук сразу после того, как встают с постели (для того чтобы отогнать злых духов перед молитвой), после посещения отхожего места, при выходе с кладбища и в других случаях.

К особым обрядам относится твила предметов. Кухонная и столовая утварь из металла или стекла (относительно керамической и фарфоровой посуды существуют разногласия), даже новая, должна быть омыта в микве, если она приобретена у нееврея, так как существует возможность того, что эта утварь соприкасалась с некошерной пищей. Такое омовение также сопровождается бенедикцией.

В заключение следует сказать что реформизм в иудаизме не признает ритуального омовения.

Пара Адумма –

древний и загадочный обряд

Слова «пара адумма» буквально означают «красная корова» (точнее, в русском переводе, «рыжая телица») и связаны они с древним и загадочным обрядом очищения от скверны при прикосновении к мертвому телу.

Этот обряд описан в так называемом жреческом кодексе библейской Книги Чисел. «И сказал Господь Моисею и Аарону: вот устав закона, который заповедал Господь, говоря: „Скажи сынам Израилевым, пусть приведут тебе рыжую телицу без порока, у которой нет недостатка, на которой не было ярма…“»

В соответствии со жреческим кодексом такая телица приводилась к первосвященнику, который передавал ее жрецу. Заклание и сожжение производилось за пределами стана, и там же, на «чистом месте», следовало хранить ее пепел. Тот, кто заклал «пара адумма», сжигал и собирал ее пепел, а также само место становились нечистыми вплоть до вечера. Хотя заклание рыжей телицы совершалось вне святилища, ее считали жертвой за грех.

Впервые этот ритуал был совершен израильтянами во время скитаний по пустыне после исхода из Египта. Происхождение ритуала остается загадкой для исследователей, однако вера в то, что пепел и красный цвет предохраняют от злых духов, включая духов покойников, была широко распространена среди народов Древнего Ближнего Востока.

Разъяснениям «пара адумма» посвящен целый талмудический трактат под названием «Пара». Значительная часть текста весьма древняя и служит свидетельством о ритуале изготовления пепла телицы в период Второго храма. Заклание и сожжение производились под руководством первосвященника на Масличной горе, расположенной напротив Храмовой горы. Пепел делился на три части: две хранились на обеих названных выше горах, а третья использовалась храмовыми жрецами в основном для собственного очищения.

Галаха предписывает сложный и детально установленный ритуал, начинающийся за семь дней до заклания рыжей телицы. В Мишне перечисляются все случаи заклания «пара адумма», начиная со времен Моисея – всего семь раз. Считалось, что этот пепел не утрачивает действенности с течением времени. Ввиду редкости «пара адумма» ее иногда покупали у чужеземцев за большие деньги.

В Агаде установление о «пара адумма» фигурирует главным образом в качестве примера закона, непостижимого для человеческого разума.

Давидом ВИНОГРАДОВЫМ