Россия – не ИзраильПредседатель комитета «Гражданское содействие» Светлана Ганнушкина рассказала, что Россия может сделать для соотечественников
– Почему законодатели решили выделить в отдельную категорию людей, участвующих в госпрограмме содействия добровольному переселению в Россию? Остальные наши соотечественники, живущие за рубежом и мечтающие перебраться на историческую родину, недостойны упрощенного порядка получения российского гражданства?
– Лично я всегда выступала за всяческое облегчение получения гражданства любым категориям наших бывших соотечественников. Но сегодняшний закон явно принимается лишь для того, чтобы подтолкнуть буксующую программу содействия переселению.
– Подтолкнет?
– Не думаю. Потому что главные проблемы программы – не в трудностях получения гражданства. Госпрограмма фактически провалилась по другой причине: слишком уж она заорганизована, лишает переселенцев права выбирать, где жить, как работать. Она претендует на то, чтобы руководить жизнью человека. А люди хотят сами руководить своей жизнью. Ведь свобода – одна из основополагающих мотиваций человеческого существования. Цель была поставлена благая, но методы ее достижения выбраны негодные.
– А какие – годные?
– Человек должен иметь возможность поехать туда, куда он считает нужным, и ему должны помочь это сделать. Вот и всё.
– Тогда все захотят поехать исключительно в Москву, Санкт-Петербург и другие «центры цивилизации». А Россия, между тем, нуждается в рабочих руках, которые будут поднимать «глубинку»...
– Все поехать в Москву не захотят, если в Москве не будет свободных рабочих мест и возможности найти жилье. А с этим, как известно, большие трудности. Что касается «глубинки»... Чтобы привлечь туда соотечественников, нужно создать им нормальные условия. Не секрет, что одна из актуальных задач – заселение с помощью граждан бывшего СССР Дальнего Востока. Вот только Дальний Восток не готов к тому, чтобы быть цивилизованно заселенным. Китайцы – пожалуйста, они согласны обживаться на пустом месте самостоятельно, за свой счет. А люди, которые едут из стран, где привыкли к благам цивилизации, не хотят начинать новую жизнь на пустом месте. Государство сначала должно подготовить достойное жилье, достойные рабочие места, а уж потом приглашать людей. Ну нет в наших бывших соотечественниках того энтузиазма, какой был в свое время у евреев, отправлявшихся в только что появившийся Израиль, чтобы создавать кибуцы, делать из пустыни цветущий сад... Нужно же исходить из сегодняшних реалий.
– Людей не подталкивает к переезду в «необустроенную» Россию даже ущемление их гражданских прав – например, в странах Балтии?
– Не подталкивает. Действительно, вроде бы в странах Балтии не жалуют русскоязычное население. Но желающих перебраться к нам оттуда немного. Потому что люди уже живут в Европе, чувствуют себя европейцами, по-европейски борются за свои права. Они хотят жить достойно, но жить именно там. И не рвутся в Россию – зачем им наши политические и социально-экономические проблемы?
– Вы скептически относитесь к программе содействия переселению соотечественников?
– В принципе, я отношусь к ней положительно. Только начинать эту программу нужно было по-другому – с легализации тех, кто уже живет на территории Российской Федерации. Правозащитники постоянно твердят, что людям, давно живущим не территории России, нужно разрешить подавать заявления на участие в этой программе. В России же десятки тысяч человек живут нелегализованными, у них нет не только российского, но и никакого другого гражданства. Вместо того чтобы везти соотечественников издалека, лучше бы включили в госпрограмму этих, нелегализованных.
– Что им мешает легализоваться?
– То, что у нас нет соответствующего закона. Люди, которые живут по 20 лет в России, рассматриваются нашим сегодняшним законом о правовом положении иностранных граждан так, как будто они только что приехали. С них требуют миграционную карту – откуда она у них? Требуют разрешение на временное проживание – а квоты в дефиците (разрешение на временное проживание может быт выдано иностранному гражданину в пределах квоты, утвержденной правительством РФ. –
Прим. ред.). К нам в «Гражданское содействие» приходят люди, которые много лет ходят и просят квоту. А им говорят: квот нет. Между тем уже и Ромодановский (глава Федеральной миграционной службы. –
Прим. ред.) признал, что квотами торгуют. Иногда происходят странные вещи: например, по нашему заявлению кому-то открывается квота. Значит, она была? Но человеку-то говорили, что ее нет. Почему бы не сделать так, чтобы люди без всякого «Гражданского содействия» и уж тем более без всяких посреднических фирм решали этот вопрос?
– Откуда же в России взялись тысячи нелегализованных соотечественников?
– Дело в том, что до 2002 г., когда был принят нынешний закон о гражданстве, бывшие граждане СССР жили в России и беспрепятственно регистрировались по месту жительства. Некоторые, особенно пожилые люди, вообще не подозревали, что они не граждане России. Приехал человек в 1993 г. к дочери из Молдавии или Казахстана – и живет. В 2002 г. на этом всём поставили крест – такое было принято законодательное решение. Вдруг оказывается, что ему паспорт выдан незаконно и что он не гражданин России. Хотя у него было всё как у всех: и постоянная прописка, и государственная пенсия... Нужно было на какое-то время ввести переходные положения, чтобы эту проблему решить. Попытка создать такие переходные положения была сделана в ч. 4 ст. 14 закона о гражданстве. Она принималась сроком на два года. Потом под большим нашим давлением дважды продлевалась. Кстати, доклад на эту тему я лично передавала Путину. Была даже по его поручению создана специальная рабочая группа. Но до сих пор проблема не решена и люди мучаются. Есть вообще категория фантастическая – молодежь, рожденная в первой половине 1990-х на территории других бывших советских республик. Детей в Россию привезли с собой родители, эти родители давно уже получили российское гражданство. А повзрослевшим детям, у которых в свидетельствах о рождении записано другое государство, российские паспорта на дают. И они даже не могут начать процедуру вступления в гражданство, потому что у них нет никакого удостоверения личности.
Мы с 2002 г. твердим, еще до того, как закон приняли, что сложится такая ситуация. Давно предлагаем: нужно вводить специальную форму временного удостоверения личности иностранного гражданина или лица без гражданства – чтобы, получив это удостоверение, человек мог вступить в процедуру получения российского гражданства. Такая форма даже была разработана Федеральной миграционной службой. На каком-то уровне ее правительство «забодало» – и на этом всё закончилось.
– К законодателям с этой проблемой вы не пробовали обращаться?
– Мы периодически подаем в Госдуму свои предложения. Но у нас нет, к сожалению, своих депутатов, которые бы эти предложения проталкивали.
– Однако всё-таки удалось отстоять переходные положения – часть 4 статьи 14? Она ведь позволяет бывшему гражданину СССР, получившему право на временное проживание в России, претендовать на получение российского гражданства.
– Действие этого положения в очередной раз истекает в нынешнем году. У меня есть сведения, что на следующий год оно продлено не будет. Сочли, что достаточно льготы, вводимой для участников программы добровольного переселения. Так что очень многие люди потеряют возможность принять российское гражданство. В общем, облегчения для одной категории наших соотечественников, скорее всего, будут основанием для ухудшения положения другой категории. И всё – ради достижения недостижимой цели: доведения числа участников госпрограммы до запланированного уровня.