40 лет назад умер Константин Паустовский

Константин Паустовский. Помнит ли современный россиянин это имя? Читает ли книги этого писателя? Или быстротекущая жизнь, напор новой литературы, пышным разноцветьем раскинувшейся на книжных прилавках, вытеснил всё, что наработано предыдущими поколениями российских писателей? А наработано немало. И не только с бабаевщиной-бубенновщиной ассоциируются послевоенные времена. Были еще Трифонов, Шукшин, Юрий Казаков, не говоря уже о вышедшем посмертно из забвения Булгакове, об умершем недавно Солженицыне. И у всех разное видение мира, разные литературные традиции.

Помню, как мы, московские литературные мальчики 1950-х гг., обмениваясь рассказами, писали на полях рукописи «паустовщина», так велико было влияние этого писателя, так трудно было избавиться от подражательства мастеру, от воздействия красот его романтического стиля.

Валентин Катаев где-то сказал, что Паустовский пишет в расчете на интеллигентных провинциальных дам. За этой злой иронией стояло понимание того, как важен был для интеллигентного читателя послевоенной поры с ее разгулом канцелярита и торжеством социалистического реализма чистый и благородный язык Паустовского, его возвышенный гриновский романтизм, бунинская традиция, воспринятая впоследствии Юрием Казаковым и другими более молодыми новеллистами.

Судьба его была относительно благополучна в том смысле, что не сидел и не распинался критиками-молотобойцами. Как-то он уходил от ужасов времени, в минимальной степени идя на компромисс с властью. А биография была типична для его литературных сверстников (родился в 1892-м, умер в 1968-м). Скитался, менял профессии, занимался журналистикой. В конце 30-х вошел в первые ряды советских писателей, пожалуй, даже стал классиком. Но жил тихо, подальше от всяких политических компаний. Уединялся то в рязанской деревне, то в Тарусе, где, кстати, и похоронен.

Некоторые рассказы его сегодня воспринимаются как наивно-сенти ментальные, но географическая проза, пейзажи, левитановское восприятие срeднерусской природы – всё это доставляет художественную радость и сейчас.

Мы публикуем очерк Паустовского об Абхазии, стране вызывающей сейчас политические страсти, с тем чтобы дать представление о видении мира и стиле этого мастера русской прозы.

Михаил РУМЕР