Заколдованный треугольник

Барак Обама между Ираном и Израилем

Mухаммед аль-Барадеи был резок и безутешен. Беседуя с корреспондентом Los Angeles Times, он говорил о том, что жесткая политика американцев в отношении Ирана провалилась. «Мы ни на сантиметр не продвинулись в решении проблемы», – добавил он.

Проблема, которую упоминал глава МАГАТЭ, заключалась в том, что администрация Джорджа Буша не желала вести прямой диалог с Тегераном. В итоге заметно ужесточилась и позиция Ирана. «Многие иранцы, даже если они не являлись сторонниками своего режима, сплотились вокруг власти, полагая, что страна находится в осаде», – уверял аль-Барадеи, заметив, что наблюдал это лично в ходе своих поездок в Иран.

Что делать? Сегодня все свои надежды он возлагает на нового президента США, которому аль-Барадеи советует заключить «большую сделку» с Ираном. Запад, по его словам, должен признать роль Ирана в регионе и предоставить Ахмадинеджаду «власть, престиж и влияние, которых добивается Тегеран».

В своих пожеланиях глава МАГАТЭ не одинок.

Похожие новости приходят из Вашингтона. Президент там еще не сменился, однако тональность политических прогнозов меняется на глазах. Самый неожиданный из них: Америка может допустить существование ядерного Ирана.

Во всяком случае, целый ряд экспертов, бывших политиков и лиц, приближенных к Бараку Обаме, начинает осторожно высказываться на сей счет. Например, в рамках доклада «Восстанавливая баланс: стратегия нового президента США на Ближнем Востоке», который в начале декабря представили в Вашингтоне Институт Брукингса и Совет по международным отношениям. Особый интерес к докладу подогревался тем, что президент института Строуб Тэлбот и глава совета Ричард Хаас – люди в Америке очень известные и очень близкие к демократам.

Так вот, в той части документа, которая была посвящен Ирану, авторы демонстрировали весьма доброжелательное по вашингтонским меркам отношение к этой стране. Тегеран обзаведется бомбой? Ничего страшного, ядерный Иран ничуть не более опасен, чем ядерный Пакистан. Скорее, даже менее опасен, ибо власть в Тегеране крепкая, стабильная, чего не скажешь о слабых политиках в Исламабаде, не умеющих или не желающих справляться со своими террористами, что лишний раз показала бойня в Мумбаи.

В общем, с аятоллой Хаменеи и президентом Ахмадинеджадом можно договариваться. Надо только понять, чего они хотят, и сравнить иранские интересы с американскими. И тут может выясниться, что эти интересы кое в чем совпадают. Иран хочет доминировать на Ближнем Востоке –
что ж, в определенных рамках это можно позволить. Иран заинтересован в стабилизации положения в Ираке и Афганистане – а это полностью совпадает с американской внешнеполитической доктриной. Обама обещал вывести оккупационные войска из Ирака до 2011 г., и если он желает воплотить свои обещания в жизнь, то ему не обойтись без помощи Тегерана. А дальше уже можно строить оптимистичные планы сотрудничества Ирана и США по восстановлению Ирака. Шиитские лидеры Ирана, втайне аплодировавшие американцам, когда те свергали суннитский режим Саддама, будут только рады мирно сосуществовать с соседями, оказывая им посильную помощь. Как в свое время китайцы, с которыми расчетливо подружился президент Ричард Никсон, помогли Вашингтону выпутаться из вьетнамского капкана.

В таком духе написана часть доклада, касающаяся будущего американо-иранских отношений. В духе миролюбивом, хотя и не лишенном некоторых опасений. Всё-таки переговоры с Тегераном Вашингтон должен вести, опираясь на Договор о нераспространении ядерного оружия. Всё-таки лучше не допускать превращения Ирана в ядерную державу. И надо всё-таки на пальцах объяснить «бешеным муллам», что в случае, если Иран, обогатившись мирным атомом, захочет ударить по Израилю, американцы немедленно нанесут ответный ядерный удар.

Читать всё это очень интересно. Еще любопытнее знакомиться с отрывками из выступлений в Американском институте предпринимательства. Там собрались принципиальные противники Обамы – неоконсерваторы, но говорили они о том же самом и в своих высказываниях были даже покруче демократов. В некоторых речах преобладал скорбный фатализм. Мол, Иран может обзавестись первой бомбой уже в самое ближайшее время, и поделать с этим ничего нельзя. Это явное бессилие Америки вызывало гнев разве что у Джона Болтона, бывшего представителя США в ООН, который заявлял: «Единственное, что нам остается, это военный удар». Но и он не верил, что американцы решатся на такую акцию.

А вслед за демократами и «неоконами», опередив аль-Барадеи, свое авторитетное мнение высказал 80-летний Збигнев Бжезинский, которого называют «серым кардиналом» Барака Обамы. Отвечая на вопросы израильской газеты «Гаарец», он вообще заявил, что у Израиля нет возможности уничтожить все ядерные объекты Ирана, так что все разговоры о возможности военным путем положить конец иранской ядерной программе пора бы уже прекратить.

Бывший «ястреб» холодной войны убежден в том, что уступки Ирану неизбежны. Важно лишь возглавить это движение; таким лидером с белым знаменем мирной капитуляции на древке Бжезинский считает Америку Барака Обамы. Ну а когда победа, то есть акт о капитуляции с оговорками, будет достигнут, легче станет решать и ближневосточный вопрос. План Бжезинского не оригинален, но в интервью израильской газете политик счел необходимым его повторить. Это возвращение к границам 1967 г. с незначительными коррективами; компенсации палестинским беженцам как замена права на возвращение; Иерусалим в качестве «общего дома» для столиц двух государств; демилитаризация будущего палестинского государства.

Всё это выглядит довольно странно. Как-то позабыт известный доклад ЦРУ, где было сказано, что иранцы еще долгие годы обречены мучиться, выковывая свой ядерный щит. Забыты и слова самого Обамы о том, что он не допустит создания Тегераном ядерного оружия. Зато очень к месту вспоминаются предвыборные речи будущего хозяина Белого дома, который обещал лично поговорить с Ахмадинеджадом и убедить его добровольно отказаться от опасных замыслов.

Вообще говоря, трудно сходу понять, для чего представители американской элиты посылают Ирану столь явные сигналы: дескать, обогащайтесь, вас не тронут! То ли это блеф, основанный на провокации. То ли мировой экономический кризис действительно сделал невозможной войну с Ираном, поскольку в этом случае опять взлетят до небес цены на энергносители. То ли просто Америка была и остается открытой страной, где свободно обсуждаются самые секретные с виду планы.

А удивительнее всего то, что практически за рамками этих дискуссий остается страна, которая устами своих лидеров уже не раз заявляла: если Вашингтон откажется нам помогать, мы справимся с проблемой самостоятельно. Имею в виду Израиль.

Кстати, в те же дни, когда американцы решали, как им лучше подружиться с иранцами, в The Jerusalem Post появилась очередная статья на данную тему. В ней, со ссылкой на Министерство обороны Израиля, в очередной раз сообщалось о планах атаки на иранские ядерные объекты. Анонимный представитель министерства привычно разъяснял ситуацию: если американцы не одобрят наши действия, то будем бомбить Иран без санкции США. Хотя, добавлял источник, власти Израиля предпочли бы, конечно, проводить свою акцию солидарно с Пентагоном.

А чуть позже, сразу после процитированного выше интервью аль-Барадеи, в израильских СМИ уже довольно серьезно заговорили о предстоящей войне с Ираном. Тон сообщений был весьма тревожным. Например, указывалось на то, что в уходящем году количество ракет большой дальности, состоящих на вооружении Тегерана, увеличилось в три раза. Особенное внимание при этом уделялось значительно модернизированной ракете «Шехаб-3». Именно она, по мнению экспертов, со временем может быть снабжена ядерной боеголовкой.

Пытаясь успокоить израильтян, чуть позже в интервью той же газете «Гаарец» анонимный источник из окружения Обамы сообщил, что США помогут Израилю создать «ядерный зонтик». Собственно, первый шаг в этом направлении уже был сделан при Буше, когда американцы помогли союзнику соорудить радар в пустыне Негев. Как можно было понять, при Обаме оборонительные работы будут продолжены.

Это сообщение вызвало бурю возмущения в Израиле. Получалось, что все утечки и доклады, которым в Тель-Авиве не хотели верить, основаны на реальности. Выходило, что американцы действительно готовы смириться с ядерным оружием в руках Ахмадинеджада. Неясные страхи оборачивались прямой опасностью, грозящей Израилю после смены власти в Белом доме.

Слегка успокоило страсти недавнее телеинтервью, которое будущий президент США дал телеканалу NBC. На прямой вопрос о политике в отношении Ирана Барак Обама ответил уклончиво, сказав, что намерен проводить политику «жесткую, но прямую». Однако затем добавил: иранскому руководству необходимо дать ясно понять, что «производство ядерного оружия недопустимо», как недопустимо и финансирование террористических организаций, таких как ХАМАС и «Хезбoлла», а также угрозы в адрес Израиля. Впрочем, далее Обама заговорил в жанре ненаучной фантастики: о стимулировании иранской экономики в обмен на демократизацию тегеранского режима. Осталось неясным, что будет делать Америка в случае войны Израиля с простимулированным, но недостаточно демократизированным иранским режимом.

Между тем в самом Иране ситуация слишком сложна, чтобы однозначно оценивать эту страну как образцовую модель исламского милитаризма. Конечно, самые бедные и невежественные избиратели по-прежнему будут голосовать за тех деятелей, которых им укажет руководство. Однако молодежь, особенно в столице, традиционно тянется к западным ценностям и не скрывает презрения к президенту Ахмадинеджаду.

Что же касается ядерной программы, то к ней отношение непростое. «Бешеные муллы» взывают к патриотизму, но общество откликается на эти призывы не слишком охотно. Люди образованные боятся войны, связанной с авантюризмом вождей, а народ попроще вспоминает о сравнительно недавней ирано-иракской бойне, в которой погибло более полумиллиона иранцев.

В элитах тоже нет единства. Как заметил недавно Мохаммад Атрианфар, советник экс-президента Хашеми Рафсанджани, «людям говорят об их праве обладать ядерным потенциалом, и если спросить иранцев, желают ли они иметь такое право, то они, естественно, ответят, что желают. Но если спросить их: «Что такое ядерная энергия?» – далеко не все смогут ответить на этот вопрос».

Можно вспомнить также, что думал на сей счет полтора года назад бывший заместитель министра иностранных дел Ирана Аббас Малеки, который дал тогда беспрецедентное по откровенности интервью газете Financial Times. Он сказал: «Появляются сообщения, свидетельствующие о том, что значительная часть иранского общества разделяет радость официального Тегерана в связи с успехами в реализации ядерной программы. Однако на основании таких сообщений не следует делать вывод, будто иранский народ придерживается тех же взглядов, что и правительство, и потому заслуживает того, чтобы против него была применена сила… Общественность не считает, что ядерная тема имеет для Ирана жизненно важное значение. Ядерные технологии мало что дадут обычному иранцу: они не позволят создать новые рабочие места (а их ежегодно требуется целый миллион); они не смогут повысить хронически низкую производительность труда и низкую эффективность в экономике и сфере управления; они ничем не могут способствовать развитию торговых связей Ирана с другими странами».

Впрочем, не эти люди определяют сегодня иранскую внешнюю политику. А жаль. С ними могли бы договориться не только американцы, но и израильтяне.

Растерянность с чистого листа

Более или менее определенно сегодня можно сказать лишь одно. Вступая на пост президента, Обама намеревается начинать свою внешнеполитическую деятельность с чистого листа. Он действительно мечтает о том, чтобы изменить образ Америки, заметно подпорченный при уходящем президенте. Он искренне не хочет ни с кем воевать и желает вывести американские войска из Ирака. Заложник своих предвыборных обещаний, он сегодня начинает постепенно принимать дела, окружает себя многоопытными советниками и министрами из бывшего окружения Клинтона, включая Хиллари на посту госсекретаря, выслушивает их и медленно погружается в растерянность. Ибо наследство, оставляемое ему Бушем-юниором, таково, что выхода из всех этих тупиков вообще не видно. Ни во внутренней политике, ни во внешней.

Дело ведь не только в предвыборных обещаниях. Ситуация на американском рынке, на Ближнем Востоке и вообще всюду, где Америка сталкивается с тяжелейшими проблемами, не позволяет делать никаких резких шагов. Работа предстоит очень долгая и без гарантий на успех. Это касается также и отношений в треугольнике «США – Иран – Израиль».

По-видимому, прогнозы демократов и «неоконов» в связи с Ираном – это всё-таки не демонстрация печального бессилия Америки перед лицом Ахмадинеджада. Скорее, это попытка понять нового президента и предсказать его будущие шаги.

В самом деле, Обама по сути своей миротворец, хотя едва ли пацифист. Однако даже пацифисту сегодня ясно, что ядерная бомба в руках у Ахмадинеджада – это смертельная угроза не только для Израиля. И даже человеку очень наивному, каким Обама всё же не является, должно быть понятно, что Иран в роли посредника в Ираке, – это крайне ненадежный партнер. И последнее, о чем могут мечтать ныне арабские друзья Америки, – это ядерный Иран, достигающий при помощи Вашингтона доминирующего положения на Ближнем Востоке. Причем чем стабильней режим в Тегеране, тем серьезней опасность, исходящая от него. Поэтому самой здравой мыслью, изложенной в докладе Института Брукингса, следует признать готовность Америки к переговорам с Тегераном. Дополню: прямых, но без участия первых лиц. В тоне спокойном и твердом. На самые разнообразные темы, включая и мирное урегулирование в Ираке. Причем одну из этих возможных тем следовало бы отвергнуть с порога. Тему приобщения Ирана к ядерному клубу. Пакистана с Индией вполне достаточно, чтобы двери этого клуба для новых членов закрыть навсегда.