Зоя Канушин – первый представитель «русских» евреев в коммунальной политике

29 января управляющая делами Еврейской общины Любека Зоя Канушин займет кресло депутата от ХДС в городском парламенте Любека, став, таким образом, пожалуй, первым еврейским иммигрантом из России, попавшим в городской парламент. В правление городской организации ХДС Зоя Канушин входит с 2005 г. Кроме того, она является заместителем председателя местного отделения женской организации христианских демократов. «Вообще-то ничего необычного в этом быть не должно, но пока что это всё же редкость, –
говорит пресс-секретарь городской парламентской фракции ХДС Оливер Фрэдрих.
- Мы также надеемся, что с Зоей Канушин Еврейская община станет ближе к любекской общественности». За плечами этой 65-летней женщины более чем десятилетний опыт работы в Германии в качестве социального работника, поэтому в городском парламенте Зоя Канушин хотела бы заниматься прежде всего проблемами малообеспеченных еврейских иммигрантов и вопросами культуры.

Разве это не противоречит друг другу: «русская» еврейка и Христианско-демократический союз? Канушин так не считает. В интервью «ЕГ» она сказала, что во время внутрипартийной предвыборной кампании за место в любекском парламенте она получила поддержку со всех сторон. А как относятся члены Еврейской общины к политической карьере Зои Канушин в партии христианских демократов? «Ничего особенного в этом нет, – считает один из членов общины Эдуард Стельмах. –
Моя дочь, которая живет в Эстонии, тоже член партии с христианским уклоном». Но не все из 780 членов Еврейской общины относятся к этому подобным образом: некоторые из них недовольны тем, что управделами общины примкнула к партии, в названии которой есть слово «христианская». Правда, сама Зоя Канушин говорит, что ей в лицо подобную критику никто не высказывал.

Зоя Канушин – пример состоявшейся интеграции русскоязычных евреев в немецкое общество. Она находится в самом центре этого общества. Это стало возможным, прежде всего, благодаря хорошему владению немецким языком, который Зоя, будучи переводчиком английского и итальянского языков, выучила самостоятельно. Ну и, конечно, благодаря опыту работы в Германии. Вскоре после того, как семья в 1990 г. приехала в Росток по еврейской линии, Зоя Канушин нашла работу –
стала заниматься социальным обеспечением своих земляков. В то время ее семья жила вместе с другими еврейскими иммигрантами в общежитии в Гельбензанде – деревне с населением 2000 человек в 15 км от Ростока. В 1992 г. правоэкстремистски настроенная молодежь совершила нападение на общежитие в находящемся неподалеку Лихтенхагене. Но эта вспышка ненависти к иностранцам не смогла поколебать уверенности Зои в том, что, приехав сюда, они сделали правильно. «Антисемитизм есть не только в Германии, – говорит Канушин, – он присутствует и в России».

В Любек Зоя Канушин переехала вместе с мужем и сыном в 1993 г. Незадолго до этого она получила место социального работника при Еврейской общине Гамбурга, но непосредственным местом ее работы был Любек. Там Зою ожидала куча работы. Было время, когда она занималась социальными нуждами всех контингентных беженцев земли Шлезвиг-Гольштейн. В 50 лет она сдала на права и стала колесить по всей федеральной земле, улаживая проблемы своих подопечных.

Была Зоя Канушин и при «возрождении» Еврейской общины Любека в 2005 г. Она стала управляющей делами общины и одной из ее двух штатных сотрудниц. При этом Зоя – человек не набожный. В Любеке она впервые в жизни переступила порог синагоги. Когда люди из общины спрашивали у нее совета по тем или иным религиозным вопросам – что в первые годы, пока Любек еще не имел своего постоянного раввина, случалось часто, – помочь им она не могла. Представление об иудаизме Зоя Канушин получила лишь благодаря гамбургскому раввину Барзилаю, которому она переводила в Любеке.

В ХДС Канушин вступила в 2003 г. Свое решение она обосновывает так: «После опыта с социализмом и коммунизмом, полученного в Советском Союзе, я с левыми партиями покончила». В родной Москве Зоя более 20 лет проработала переводчицей в «Интуристе». От сотрудников этой государственной туристической компании, имевших постоянный контакт с иностранцами, требовали особо твердых идеологических убеждений. На вопрос о том, почему другие члены Еврейской общины сторонятся коммунальной политики, Канушин отвечает, что многие предпочитают оставаться в тени. Да и языковой барьер играет свою роль – ведь община состоит большей частью из пожилых людей, которые стесняются говорить по-немецки. Но вообще-то, по мнению Зои Канушин, желания вести диалог не хватает обеим сторонам –
как приезжим, так и коренными жителям Любека. Зоя Канушин – исключение, и не только в своей общине. «Как жительница этого прекрасного города, я считаю своим долгом работать на благо всех жителей Любека», – заявляет она с гордостью, подчеркивая, что намерена выступать в защиту не только еврейских иммигрантов. Что же касается общины, за которую у Зои Канушин особенно болит душа, то ей требуется финансовая помощь для ремонта синагоги. z